Метаморф 2. Красный Робинзон

Слышим вас. Координаты, численность, подробности? Прием.

- От нас – метров пятьсот. Улица… Рязанская. Угол двадцать седьмого дома. Четыре ящероподобных тероса. Передвигаются на задних ногах. Стая. Действуют слаженно. Ранги не определить пока. Так. Начали движение в направлении… Ах, ты ж!

Прямо у его уха грянул выстрел. Люльку тряхнуло.

- Предупреждать нужно!

Из уст старшего красноармейца «заструилась» не совсем цензурная лексика. Правда, больше она была адресована качке и чертовой отдаче….

Первый выстрел из-за холодного ствола чуть увело в сторону, вышибив столб искр из стены.

Вторая пуля попала следующему ящеру в голову, отчего того отбросило в направлении стены. Терос по инерции сделал ещё пару шагов, но потом завалился на бок.

- Ранг второй у твари, – подал голос охотник, старательно выцеливая следующего монстра, несмотря на болтанку.

Бах! – следующий терос словил пулю и осел на землю, взревев и жалобно засучив лапами.

– Грязно, – недовольно фыркнул стрелок и сделал новый выстрел. Снова в вожака. И снова тот увернулся и лишь грозно рыкнул в сторону неба. – Вожак явно взял третий ранг. Имеет способности либо ускоряющие реакцию, либо какую-то разновидность чутья. Уж больно резвый.

Охотник сосредоточился было на последнем ящере, но оставшаяся парочка уже юркнула в ближайший переулок, скрывшись из виду. Так что стрелок решил добить подранка.

- Это Центральная! Прием! Что у вас там происходит? – раздался крик в трубке.

- Ответь! – ткнул парня сибиряк.

- А? Что? – тот мотнул головой и тут же затараторил в трубку. - Центральная! Вели огонь по противнику. Теросов осталось два. Ранги: второй и третий. Тип: скоростной. Трехранговый дважды увернулся от выстрела. Применение магии не замечено. Свернули на Сталеварный переулок, движутся… – молодой на секунду замер, представив в голове заученную ранее карту, - движутся в сторону Первомайского проспекта.

- Информацию принял. Продолжайте наблюдение, – с легким потрескиванием раздалось из трубки, и связь прервалась.

Люлька же, продолжая покачиваться, снова наполнилась молчанием. Люди напряженно вглядывались «в ту степь», стремясь если не увидеть, то услышать развитие событий. Вот, наконец, в нужной стороне загрохотали выстрелы, потом ещё, и ещё. Раздался звериный рев, а дальше резко оборвавшийся человеческий крик.