Метаморф 2. Красный Робинзон

Низкий потолок не позволяет встать во весь рост, да и от стены до стены я почти могу дотянуться раскинутыми в стороны руками – зато никакая крупная тварь сюда не залезет. А если залезет – сама дура! Ей здесь будет не развернуться, а у меня ещё и тактическое преимущество в виде уже имеющегося опыта боя в крайне стеснённых обстоятельствах и лучшего знания местности.

От этой пещеры во все стороны тянулись ходы: одни – совсем узкие – туда разве что руку можно просунуть; другие – покрупней, через них можно протиснуться, если специально ужиматься, по третьим, так и вовсе можно спокойно проползти в моей текущей форме.

По-пластунски, конечно, но можно.

Верхний вход меня беспокоил сильней всего. Хоть его «дверь» и располагалась в неприметном углу, а сам он был достаточно узким – я чуть чешую с себя не соскоблил, когда лез, хоть и юркнул в нору весьма проворно. И Дружку тогда пришлось хорошо постараться, чтобы просочиться. Но всё-таки он вел напрямую к поверхности, и не забаррикадировал я его только потому, что он выступал единственным источником света.

Кстати, о свете. Почему темно? Ночь, что ли?

Шкряб! Шкряб! Шкряб!

«Нет, не ночь. К тебе – гость», – сообщил Алукард, и я сосредоточил своё внимание на дырке в потолке.

В следующий момент из неё показалась щетинистая морда с пятачком и клыками. Далее появилась пара коротких ножек с копытами. Ножки бессмысленно болтались в воздухе, время от времени задевая камни. Когда трепыхания бедняги становились максимально отчаянными, на голову мне начинали сыпаться мелкие камешки и пыль.

Зверь пыхтел и явно чертыхался. И было не понятно, чего он сейчас хочет больше – забраться внутрь или выбраться наружу. Хотя нет, взгляд кабанчика наконец сфокусировался на мне, и в глубине глаз тут же зажглись алчность и безумие.

При этом брыкаться он продолжил с утроенной силой. Вот только пока безрезультатно…

– Что нам делать с этим чучелом? – я с лёгким гастрономическим интересом рассматривал незадачливого вторженца. Кабанчик был уровня двенадцатого, и опасности сам по себе никакой не представлял.

– Да ничего не будем делать! Выруби его просто и пусть торчит!

– А свет?

– А что «свет»? – фыркнул фамильяр, – Не тупи. Ты же сейчас видишь? Вот! А «заглушка» уже стоит, и твои глаза давно адаптировались к кромешной тьме. И грех отказываться от такой сигнализации.

Я в недоумении скосил глаза на фамильяра.

– Ну, так если свинку начнут грызть за попку, она всяко очнется и завизжит, – пожал плечами кровожадный колобок.