Страна РА

В голове его горел красным огнем вектор – гора Ингеборда, место смерти мальчонки, и место пропажи его следопытов. Стрелка горела красным, указывая на побережье и море. Он твердо решил с утра отправиться в путь, выехать в направлении столицы. Но, оставив обоз двигаться дальше, взять с собой двадцать человек и рвануть на побережье. Он бы не отказался и от пятидесяти, но было только пятнадцать своих, и еще пять дворцовых ребят, на которых он мог положиться. Путь мог занять не больше суток, при условии надежности людей и коней, что он имел.

Вчера он получил недвусмысленный приказ сворачивать личное присутствие и прибыть незамедлительно в столицу. Слово «незамедлительно», было подчеркнуто, что как он знал, говорило о крайней степени недовольства Радослава. В письме также говорилось и о том, что гарнизон крепости уведомлен о приказе ему прибыть в столицу и содействовать более не обязан. Более того, командир крепости и комендант города воспринял сегодняшнюю баню как прощальную, и к его чести, не стал торопить старого сотника с отъездом, хотя и приготовил все для этого необходимое.

Правда вышел посвежевшим, спокойным и уверенным в правильности решения. Он бегло посмотрел мелкие письма, донос, донос и увидел послание от дозорного. Не ожидая, не предчувствуя беды, он сорвал печать и понял, что проиграл. Боги отвернулись от него и вместо того, чтобы быть у побережья, тайно с горы наблюдая за всеми подходами к берегу. Он парился вениками эвкалиптовыми и дубовыми и умащивал тело маслами.

Но горячность здесь бы не помогла. Он оделся. Приказал готовить лошадей. Сходил к коменданту крепости. Тепло с ним попрощался, отказался побыть до утра и выехал, сказав, что поедет налегке, а обоз пусть едет своим чередом.

Как и планировал, выехал с отрядом в пятнадцать человек, верных ему людей. Он надеялся как игрок в кости, проигравший уже все и снимающий золотой лик солнца с груди и бросающий его ставкой против всего проигранного, бешеным рывком наверстать проигрыш всех прошлых дней.

Они отъехали километра три от города, скрылись за холмом, от наблюдавших за ними стражников, повернули лошадей и рванули в галоп. Он передал сообщение, и на нужных постах, его и его людей, ждали лошади и он сделал невозможное.

Он не отказался бы от повозки Волкова, но понимал, что и она не сделала бы больше. Кони скакали по дорогам, и без дорог, понукаемые всадниками.