Страна РА

Реакция противника должна была быть замедлена, поскольку появления погони они не ожидают.

Риск, безусловно, безнадежная попытка, не уверен, скорее недооценка, либо не желание правильно оценить действие противника. Но мотив принятия решения гнаться. Все опять упирается в мотив и это ключевой вопрос, поскольку дальнейшие действия зависели от него. Были или нет предупреждены Гарольд и Торуна, что Правда должен к ним присоединиться и соответственно, были готовы реагировать на появление чужаков норги и как реагировать.

Вошел гонец и сказал, что постельничий предупрежден и ожидает. «Государь у себя и спит один», - слово «один», гонец выделил интонационно.

Владимир сказал: «Благодарю, действуйте по своему распорядку». Тот поклонился и вышел.

Времени оставалось немного, и надо было уже скоро идти, поскольку любая задержка играла уже против него лично. Но на один вопрос он все-таки имел время.

«Милорад, вы указали в докладной записке три версии дальнейшей судьбы сотника, но подчеркнули одну, наиболее вероятную, по вашему мнению, - Милорад кивнул, - «Перешел на сторону врага добровольно», - зачитал Владимир, - Почему вы так сочли?»

«Я знаю сотника практически с тех лет, с которых я себя помню, - отвечал начальник канцелярии, - у сотника всегда был план.

Волков кивнул. Профессионализм Сотника Правды сыграл против него. Волков отдал листы и встал. «Копии сняты»,- утвердительно спросил он Милорада, зная положительный ответ.

Дежурный по приказу, начальник департамента внешней агентуры ожидал приглашения и сразу же вошел. Волков поздоровался, минуту подумал и сказал: «Общий сбор всем главам департаментов и отделов. Срочно. Причин не сообщать. Форма одежды полевая. Место сбора – обеденный зал. Гонцам быть на месте. Птичникам быть готовым. Конюшим всех коней под седло». И в голове звучал голос Броневого, и всплывало бессмертное: «Сначала намечались праздники, потом расстрелы, а потом решили совместить».

Владимир вздохнул. Оправил форму, начальник канцелярии, на правах старшего по возрасту поправил незаметно отошедший хлястик, «Хорошо, хоть не перекрестил, - подумал Владимир».

Развернулся и пошел к покоям владетеля.

Приказ зашевелился, как развороченный улей, зажигались свечи и окна, если бы не были плотно зашторены, осветили бы двор дворца как днем.