Страна РА

Он не видел людей, но знал, что там, за высокими заборами из кирпича на него смотрит не один десяток их глаз. Посмотрел точки, которые бы занял сам. Машина ехала за ним. Дошел до знакомого дома.

Постучал. Через несколько минут ему открыл улыбчивый, спокойный лейтенант милиции. Он поздоровался с ним, вошел в широкий, замощенный плиткой двор. Машина и его команда остались на улице. Под навесом был накрыт небольшой стол. Чайник, кружки, сахарница и тарелками с печеньем и фруктами были на нем. Ни женщин, ни детей во дворе уже не было.

Он принял приглашение, выпил чаю и поговорил о завтрашнем дне. Местным сообщили, но без подробностей о поездке и лейтенант, со своей стороны заверил, что все пройдет хорошо.

Посидев немного Волков, поблагодарил за чай, встал, пожал руку и вышел. Начинались сумерки и все бы ничего, но, напротив, в доме, вроде как заброшенном, мелькнула какая-то тень. Секундой позже, даже мгновеньем, он ее не заметил бы. Но сейчас, все его чувства обострились и, указав жестом на дом напротив, он пошел к нему.

Сержанты, отработанными движениями вышли из машины, и, пригнувшись, закрывая сектора, пошли за ним.

Он повернулся боком, посмотреть на расстановку и пуля, обойдя пластины бронежилета, вошла в его левый бок.

Он сначала почувствовал боль, а затем услышал звук. И согнувшись, он чувствовал руки прикрывавших его друзей. Слышал автоматные выстрелы и видел, как опер выбежал из двора с автоматом и также открыл огонь.

Он помнил, как раскинули, словно панцирь бронежилет и перевязали ему рану, погрузили на Уазик и доставили в расположение полка.

Ему повезло, там уже была делегация и о его ранении узнали и в целом, оказав посильную помощь не дали там же и умереть.

Его отправили сначала в Ростов, а затем и в Москву. Там, поколдовав, хирурги вынули пулю, застрявшую в волокнах сердечных тканей сердца, но не прорвавшую их.

Там же, в госпитале, ему вручили Орден Мужества и серебряный крест был одной из его наград, которые он носил на своем парадном кителе.

Крепость спала. Ночные стражи ходили по стене. Ворота были заперты, и лишь сверчки нарушали тишину. Владимир смотрел во мрак и все больше чувствовал, что во мраке таилось зло. Хотелось курить, но курить было нечего. Он зашел в дом, и, поняв, что уже не заснет надел броню, вышел на крыльцо и стал ждать.

Небольшой отряд из трех человек – двух мужчин и одной женщины ожидал своего часа. Они смотрели на спящую крепость и закрытые ворота.