Страна РА

Круглый стол посередине, человек на сто, и по кругу скамейки, отделенные от стола проходом.

За столом сидело лишь пятеро. Знакомый волхв Радосвета, и еще четыре старца, головы которых были скрыты капюшонами.

Они молчали, пока старший из них не сказал: «Спрашивай».

Волков, выругавшись про себя, решил подыграть им: «Как мне попасть домой?».

Старший, оценив прямоту, сказал.

«Я не буду напускать туман слов, потому что не знаю этого», - видя как Владимир скривился, продолжил, - «Но мы спрашивали звезды и Ра на рассвете (Ра свет свету), они сказали нам, что выполнив все, что тебе предстоит, ты вернешься домой.

А пока знай. Радосвет умер. Умер не по твоей вине. Грядет большая война, в которой ты сыграешь свою роль».

Старец замолчал и вошел Правда. Старый воин был измотан и, по видимому, видно было по его лицу, не спал всю ночь.

Старец сказал: «Знай Правда, сын рода Разума. Умер Радосвет, - Правда покачнулся, как от удара.- В клинке был яд, и нет ни вины Волхва, ни твоей, ни сына рода Волка, что тот умер.

Птицами мы известили царя. Птицами мы известили и Радосвета. Кони ждут вас, не медлите, езжайте домой. А повозку мы пришлем с конями, - на немой вопрос Волкова уточнил он».

Старший кивнул, показав, что разговор окончен.

Поклонившись, Владимир и Правда вышли. Волков, несколько раз придерживал сотника, когда тот, словно забывшись, уходил с прямого пути.

Правда потом, уже в дороге, по крупицам, рассказал свою историю и Волков понял, что:

История сотника.

Правда не помнил своих родителей. Их деревня горела, когда отряд Владетеля Радосвета, деда нынешнего Радослава, вошел в нее. Они преследовали отряд норгов, высадившийся на побережье и за эти дни ушедший от моря на несколько переходов. Деревня горела, и некому было ее тушить. Уходя, норги забрав все ценное, согнали людей в амбар и подожгли. Мокрое по осеннему времени, дерево горело не охотно, тогда командир выставил лучников и приказал приоткрыть дверь.

Люди пытались выйти, но стрелы, тяжелые стрелы морских людей, пробивали легкие одежды и тела почти насквозь. Люди отхлынули внутрь и тогда, командир, имя которого проклято и забыто, вытащил меч и со своими людьми вошел внутрь. Он заученными движениями отбивал удары и вспарывал животы, пользуясь, что в деревне остались только старики, женщины и дети, все, кто был способен держать оружие ушел по зову владетеля двумя днями ранее.