Страна РА

Ее мать, красивая, широкая в нужных местах, женщина со светлыми, как расплавленное золото с небольшой примесью меди волосами, стояла сзади и заплетала косы правителю. Тот о чем-то с ней мурлыкал, что никак не вязалась с его огромной, когда-то сухопарой и поджарой фигурой, а теперь оплывшей грудами хороших и сытных лет.

Оба они были одеты по моде страны Ра.

«А дочка, проходи», - как то само собой он стал называть ее так сразу после смерти Торуна.

Он вошла, он приподнялся, поцеловал ее в лоб, и она поцеловала его в щеку.

Мать обняла ее и расцеловала. Оба отметили ее худобу и передоложили присоединиться к столу.

Она не отказалась и сытно поела.

Рассказ ее не занял много времени, рассказ о голоде не произвел должного впечатления на сытых людей, да и из ее уст, жующих омара, голод казался туманом, миражом, дымкой из старых сказок и легенд.

Она говорила, про то, что нужно собрать еще живых, нужно открыть арсеналы, и, вооружив людей, двинуть их на страну Ра. Втоптав руссов в песок, захватить их дома и земли вновь отстроить их страну на чужих костях.

Харальд смотрел на нее с недоумением и жалостью. Мать. Мать просто смотрела.

Она закончила, но поняв всю неуместность, она не стала ничего говорить, ни о топорике, ни о встрече с незнакомцем.

Харальд мягко отодвинул руки женщины, не до конца заплетшей его косы сел и сказал:

«Родная, а теперь послушай ты. Десять лет назад, - он сжал руку в кулак и под слоем жира забугрились мышцы, а бицепс руки стал похож на маленький, хотя для кого-то и средний, бочонок пива, - десять лет назад здесь стоял твой отец.

Он говорил, почти тоже, что говоришь и ты. Он говорил о том, что необходимо собрать воинов, и мы их собрали. Он говорил, что нужно открыть арсеналы, и мы их открыли. Он говорил о том, что корабли пойдут на Север и Восток и корабли наши пошли. Он говорил о том, что мы победим. Но мы проиграли.

Флот наш лежит на дне моря. Многие, все почти мои ровесники, убиты, и их прах не был сожжен. Сам Торун скормлен свиньям и его дух, вряд ли попал в Валгаллу.

Мои трое сыновей полегли здесь, недалеко, в тех крыльях, разрушенных крыльях дворца, - он замолчал. Потом продолжил:

Я могу открыть арсеналы, я могу найти воинов, но для кого будут песни, если следующая весна настанет. Кто даст нам хлеб и мясо, кто пришлет нам овес и ячмень? Всю страну Ра нам не захватить, а сожженное побережье не прокормит нас всех.

Сейчас людей принимают, и Север дает нам убежище.