Императорский отбор

В моем краю выше трех этажей дома не строят — и лифтов тоже.

— И тем не менее, вы знаете точное название этого устройства, — брюнетка обнажила клыки в хитрой улыбке.

— В газете одной вычитал, — ответил той же самодовольной лыбой. — Только там подъемник двигала машина.

— Слышала о таких. Но к чему эти сложности, когда есть магия?

— И то верно. Правда, я думал носферату владеют только кровью. А тут, получается, и землей тоже.

— Не совсем. Просто мы вмуровали в платформу несколько холопов.

Я нахмурился и уставился на спутницу с таким видом, словно решил прямо здесь вернуться к ремеслу далеких предков.

Софья выдержала паузу, вдоволь насладившись фрустрацией, а затем прикрыла рот ладошкой и громко рассмеялась.

— Простите мою глупую шутку. Обычные люди же быстро истлеют, и лифт придет в негодность, — пройдя несколько шагов по коридору, Софья добавила: — Поэтому мы вмуровали пару слуг из числа низших вампиров.

Я снова замер как вкопанный в ожидании объяснений.

Девушка сразу услышала, что мои шаги стихли, но остановилась далеко не сразу. Провела ладонью перед собой, и толстенная двустворчатая дверь в конце туннеля распахнулась без посторонней помощи.

— Я опять вас разыграла. Не сочтите за грубость, но вы так забавно реагируете, будто речь не о каких-то холопах или слугах, а о ваших близких родственниках. Не переживайте, мы владеем теми же стихиями, что и все остальные. Вот доказательство.

Створки послушно задвигались в такт кисти.

Когда же мы поравнялись у порога, провожатая чуть склонилась и прошептала:

— На самом деле, в дверях тоже замурованы вампиры. Но не целиком — на одну такую хватает и пальца.

И, с трудом проглотив смешок, произнесла:

— Ваше высочество, к вам Трофим Александрович с визитом!

— Благодарю, — из глубины мрачного зала донесся столь же мрачный голос. — Пусть войдет.

Как оказалось, Анна жила в одной из башен, чьи готические шпили выстроились вдоль всего замка подобно каменным часовым.

Сквозь алые витражи на многогранной крыше едва проникал свет, из-за чего внутреннее убранство выглядело так, точно в мире остались только два цвета — серый и красный.

Серые кресла с красной обивкой, серая кожа под красным платьем, серые пряди на красных очах, серый пол под красным ковром, серость стекла в бокале с вином. Или не вином, но тоже чем-то красным. Хозяйка сидела за круглым столом, на котором давно шла партия в шахматы.