Императорский отбор

— Я прислуга, а не политик.

— А сколько всего в мире вампиров? — спросил, отложив чемоданчик.

— За мир не скажу, а в империи регулярно проводят переписи, однако данные засекречены.

— А можно нескромный вопрос?

— Разумеется. Вы в праве делать и спрашивать все, что изволите.

— Тогда два вопроса, хорошо?

— Как пожелаете, — девушка покорно склонила голову.

— А как вампиры размножаются? Только через укусы — или как-нибудь еще?

— Вы намекаете на соитие? — алые глаза сощурились.

— Я без понятия. Может, вы почкованием детей делаете.

Или делением.

— Нет. Процесс весьма похож на то, как размножаются люди. Нужны две половозрелые особи носферату, определенные условия и немного магии.

— Но это все равно непросто, да? Иначе бы вас было гораздо больше.

— Мы живем очень долго, ваше сиятельство. Нам нет нужды гнаться за количеством. Что-нибудь еще?

— Ты явно нервничаешь и говоришь, как робот. Все в порядке?

— Робот? — спутница чуть склонила голову вбок.

— Ну... — пора тщательнее следить за языком, иначе однажды ко мне применят вампирский полиграф и узнают всю подноготную.

А потом, скорее всего, посадят на серебряный кол и сожгут. — Автоматон. Машина такая — самодвижная механическая кукла. Ее в Англии изобрели — наверное, поэтому не слышали...

— Я знаю, что такое автомат. Что же до вашего вопроса, то со мной все в порядке. Не беспокойтесь, мое состояние никак не отразится на работе.

— Карина.

— Да, ваше сиятельство?

— Мы с тобой одни вдали от замка, так что давай немного сбавим градус официоза. Если тебя что-то тревожит — просто скажи, а я постараюсь помочь.

Какое-то время горничная молчала, отвернувшись к окну. Я видел сомнения на ее хмуром личике и потом не торопил с ответом. Наконец она произнесла, не отводя взгляда от проползающих вдали пейзажей:

— Я крайне редко покидаю дворец. И не люблю общество простолюдинов. Не потому, что испытываю к ним презрение — вовсе нет. Просто... — служанка вздохнула, собираясь с духом, — они ненавидят нас. Ненавидят истово, всей душой. Не верят, что настало новое время и новый порядок.

Пугают нами непослушных детей. Распускают слухи. Бросают под ноги чеснок и украдкой крестят за спиной. На Масленицу сжигают наше чучело. Вместо тынов и плетней используют заточенные осиновые ветви. А когда на них вешают посуду для просушки, то обязательно рисуют на ней оскаленные клыки. Я уж молчу про то, что вампиру в деревне никто и доброго слова не скажет. Дети разбегутся, бабы сунут дулю в карман, а мужики стиснут зубы, как на дыбе.