Императорский отбор

Хозяин при том не ругался и не подгонял холопа, что показалось мне странным — терпеть такое поведение, да еще и при важных гостях, значит не уважать ни себя, ни гостей.

— Жалобы есть? — спросил тоном уставшего терапевта.

— А-а-а! — истец шлепнул себя по лбу. — Так вона вы о чем, ваша светлость! Была у меня жалоба, да токмо прошлой зимой сама собой разрешилась. Просил я разводу со своей зазнобой, ибо слухи пошли, что она с Федькой-косарем на сеновал хаживала. Барин сказал, что со всем разберется, а зимой жена померла от чахотки.

Стало быть, и развод уже не нужен.

— Ох уж эта бюрократия, — Пантелей опрокинул стопку и шумно выдохнул. — Вы простите, господин ревизор — я один, а душ — пять сотен. Вот и случаются проволочки. А дело, стало быть, можно закрыть.

— Хм... — я повертел лист в руках и передал секретарю. — Что ж — тут уж ничем помочь не могу. Закрыть — так закрыть. Зовите следующего. Кто там на очереди? Некий Захар. Прошу на суд.

Вошел второй проситель — стриженный под горшок рослый детина. Откланявшись по всем правилам, он пробасил:

— Плуг у меня прохудился, ваше сиятельство.

Плохая сталь, всего на три посева хватило. Вот я и попросил барина купить новый — да не простой, за пятьдесят копеек, а подороже — за два рубля. Я хоть человек темный, но в уме прикинул, что ежели дорогой плуг прослужит не три пахоты, а хотя бы семь-восемь, то вернет все затраты с лихвой. Господарь Никанорович обещал обдумать предложение, вот с прошлой весны ответа и жду.

Я покосился на помещика — тот с виноватой улыбкой развел руками.

Меня такое отношение начало малость подбешивать — старый плут явно петлял следы и подсовывал всякую чепуху, чтобы поскорее избавиться от нежеланных свидетелей. Я подобное отношение не люблю и потому недолго думал над вердиктом.

— Предложение Захара нахожу справедливым и экономически обоснованным. Для пущей эффективности постановляю удовлетворить прошение в удвоенном объеме — то есть, закупить два плуга по два рубля каждый. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит, — киянка гулко ударила по столу.

— Пантелей Никанорович — а дел посложнее у вас не нашлось? Или вы считаете, что императорский поверенный должен за плугами следить и с разводами разбираться?

— Что вы, что вы! — старик замахал руками. — Честное слово — я лишь хотел помочь.

— Неужели? А мне кажется, вы хотите побыстрее нас спровадить. Так что или принесите нормальные дела, или я передам императору свою глубокую озабоченность вашим поведением. Объявляю перерыв до полудня.