Знак крови

– Мы действительно испытываем некоторые проблемы с поставками ресурсов, но смею вас заверить, в скором времени эти вопросы будут решены.

Государь задумчиво смотрел на князя и молчал. И у Всеслава Святославовича, на миг, возникла мысль, что этим порицанием все и ограничится. Ну подумаешь, разрушили дворец и сад. Это всего лишь деньги и время. И того и другого у него было более чем в избытке. И это всего лишь последнее предупреждение, чтобы не зарывался. Багратион даже дал себе клятву впредь вести себя более предсказуемо и скромнее.

Но он ошибался.

Император достал из кобуры, уместившийся под шикарным камзолом, золотистый пистолет.

- Иногда меня раздражает эта излишняя помпезность, - словно извиняясь за его цвет, сказал Борис Шестой.

Князь же, казалось, превратился в статую. Он неотрывно смотрел на дуло оружия и не смел пошевелиться.

- Я знаю о даре твоего рода. О проклятиях. Клянусь тебе, что твой младший сын не пострадает. – Нахмурив брови сказал Государь. – Более того, он останется править вашим родом.

Формально, конечно. И при условии того, что ты не применишь свою силу. В противном случае он будет страдать. Я буду кормить его листием и пытать. Ежедневно. На протяжении десятков и сотен лет. И в этом я тоже клянусь тебе. Стоит мне только почувствовать себя чуть хуже, чем последние пятьдесят лет.

-А, старший сын? – робко спросил князь, уже догадываясь об ответе.

Император промолчал, отщелкивая предохранитель и выразительно глядя на вмиг осунувшегося старика.

- Кстати, а где твоя несменная помощница, Мария, кажется? Удивительно, что она не с тобой.

- Она в...командировке, - ответил Багратион обречённо смотря в пол.

-Что ж, так даже лучше. – Борис Шестой навел пистолет на голову князя и выстрелил.

Звякнула гильза, закатываясь за штору. Дымок из ствола быстро развеялся.

- Хм, - задумчиво произнес владелец земель русских, рассматривая стоящего князя.

Пулевое отверстие в его голове стремительно зарастала.

Бах. Бах. Бах.

Два в сердце, один в голову.

Седой старик упал.

Кровь выплеснулась из ран. Ногой он задел столик и чайник с чашкой, ударившись об пол, брызнули осколками. Недопитый чай разливался по дорогому паркету.

Кряхтя, держась за затянувшиеся на груди раны, князь медленно поднимался.

- Простите, Выше Величество. Века принятия листия дают о себе знать.

- И как же тебя убить? – едва не поддавшись панике, нервно спросил правитель.

- Не знаю, Ваше Величество, - пожал плечами Багратион. – Никогда не задавался этим вопросом.