Знак крови

Что нужно говорить в таких случаях?

Извиняться? За что? Мы взрослые люди и понимаем, что рано или поздно такое бы произошло.

Объясняться в чувствах? Ну это просто глупо.

– Ты не подумай ничего дурного, – прошептал я ей на ушко.

Вытащил из кармана платок, положил его на стойку. Он предательски стукнул звоном золотых монет.

– Это не тебе, – остановил я начавшую было возмущаться девушку. Положил руку на ее живот.

Поцеловал в лобик.

– Прощай.

Глава 6. Равный среди лучших

Глава 6. Равный среди лучших

Церемониймейстер сиял как начищенный червонец.

И я его прекрасно понимал. Сколько ему сегодня перешло этих червонцев? Страшно вспомнить! Учитывая их ценность – на годы вполне себе обеспеченной жизни. Но что поделать, у всего есть цена.

А за то, ради чего мы здесь собрались, я не пожалел бы и гораздо большую сумму.

Я стоял посреди роскошного, украшенного канделябрами и дурацкими завитушками «под старину» зала, и смотрел на группу людей. Они сидели напротив и с улыбками, угодливо, во все глаза пялились на меня.

«Подсчитывают, насколько им удалось обработать этого лопуха», – мелькнула мысль.

Плевать.

Деньги в этом мире далеко не главное. Они важны. Их ценят, на них молятся, ради них убивают и продают. Но они вторичны.

Если хочешь чего-то добиться, выбиться из толпы, стать равным среди лучших, ты, помимо денег, должен обладать еще кое-чем.

– Граф Бестужев, – высоким, чуть дрожащим голосом обратился церемониймейстер к стоящему от меня по правую руку Дмитрию Алексеевичу.

– Вы подтверждаете, что этот кандидат достоин этого высокого звания? Поклянитесь именем своего рода!

Граф встал на одно колено и поднял вверх ладонь:

– Клянусь всеми своими предками, всеми именами, всеми способностями. Да падает наш род в бездну огненную, если клятва моя лжива!

На секунду замерев, будто и вновь ожидая, что прямо тут под Бестужевым могут развернуться врата ада, церемониймейстер величественно и с достоинством склонил голову, принимая его слова, и развернул свернутую в рулон, опоясанную шелковой лентой, бумагу.

– Отныне и до его смерти, – начал он торжественно читать, одним взглядом поглядывая в расписанный вензелями документ, – гражданину Российской Империи, Андрею Владимировичу, две тысячи восьмого года рождения, присваивается дворянское звание барон. Отныне он барон Томашевский. Дворянский титул не является наследным. Герб и девиз барон должен предъявить в бюро в течении двух месяцев начиная с сего момента.