Безродный. Пробуждение Крови

Синяк на её груди уже почернел в середине, а по краям начал желтеть.

– Опять пялишься, безродный, – процедила она.

Я включил принцип ЧБСЭ и ответил:

– Сама сиськи вывалила, так не жалуйся. И вообще, это не я к тебе целоваться лез.

– Тихо ты, – зашипела она, поглядывая на других пациентов. – Совсем больной?

– Мы же в медчасти, ясное дело, больной, – громко отозвался я.

Я обошёл девушку и прихватил со стола сразу две баночки с мазью. Баночки были маленькие и полупустые, но на ушиб точно хватит и ещё останется на следующий раз.

Интересно, тут всем пострадавшим лекарства с собой раздают и так положено, или это медсестра просто ленится и избавляется от работы на будущее?

Но ещё интереснее реакция Бетани на мои слова. Получается, она очень не хочет, чтобы кто-то узнал о поцелуе.

– А кто лез к ней целоваться? – заинтересовался услышанным «зелёный».

Понаблюдав несколько секунд за тем, как Бетани попеременно бледнеет и краснеет, я сообщил:

– Да Орландо в душе, в первый день занятий.

– А, ну это я видал, – разочарованно отозвался парень.

Бетани облегчённо выдохнула. Я усмехнулся и подмигнул ей.

«Навык Лжец повышен до 5 уровня». Среди пояснительных кракозябр читалось про «наглую ложь». Ну да, на самом-то деле Орландо вовсе не лез к Бетани целоваться, а всего лишь за плечи приобнял. Так что «зелёный» или врёт, что видел, или память совсем плохая.

Похоже, этот навык я прокачаю быстрее и лучше всех. А ведь совсем не хотел и не стремился. В прежней жизни вообще почти не врал. Но тут что ни день, то повод и необходимость возникают.

Я снова посмотрел на грудь Бетани. Синяк, конечно, смотрелся не очень красиво, но отнюдь не портил всего остального. Эрт бы наверняка сейчас протянул руку и потискал. Но я до такого дойти не решился. Она и за поцелуй мне коленом между ног двинула, хотя это вообще была её инициатива. А за протягивание рук вовсе прибьёт, если не сейчас, то ночью подушкой придушит.

– Раз пялишься, снимай штаны, – велела Бетани.

– Ого, – расхохотался «зелёный».

Мне надоело называть его мысленно зелёным, и я спросил:

– Парень, тебя как зовут-то?

– Марк Стивенс, – представился он, назвав фамилию вместо статуса.

– Ты не тем интересуешься. На твоём месте я бы уделил внимание этой крошке, а не мне.

– Нужно мне его внимание, – фыркнула Бетани. – Он просто ушиб бедра не намазал, бестолочь.

Я пожал плечами и впрямь принялся расстёгивать штаны. В конце концов, голым она меня уже в душе видела, как и я её. А провокация со стороны Бетани уже не удалась.