Хроники клана драконьеров 1_ Хранитель для Проклятого Дитя

Это свои! Значит ещё повоюем … – подумал тогда, совершенно по-глупому улыбаясь.

А потом был госпиталь и горькое осознание потери. Тогда ему хотелось выть, орать в голос и биться головою об пол. Он смог вернутся, обмануть смерть, а его семья...

А дома никого…!

И это страшное слово: ТЕРАКТ!

Вспомнилось как он стоял перед каким-то уставшим дяденькой в генеральской папахе с пустым взглядом. Не паркетный генерал, а самый, что не настоящий, тот, что никогда не прятался за спинами солдат.

- Ну и зачем тебе это надо сержант? Ты уже был там, чудом живой вернулся.

.. живи и радуйся! – хоть взгляд его такой же безжизненный, как и парня, но голос добрый и неподдельно сочувствующий. Вот только от этого сочувствия рвало душу.

- Жить? - глухо шепчут губы. - Ради кого жить? Они не воевали... они просто лечили людей, за что их убили? - в душе и в голосе боль. - Мне некуда возвращаться...

- Месть не лучший советчик... Ну, хорошо, - кивает генерал. Выражения печали на уставшем, старом лице. - Хорошо... - снова повторяет.

- Если твердо решил, то оставайся... Но придется немного подучится, если конечно, ты готов.

- Готов, - твердо ответил он тогда.

Но прежде, чем стать, тем, кем он был сейчас, он съездил на родину погибшему товарищу. К ому самому, что они так и недовезли с гор живым. Перед смертью он попросил Джокера отвести отцу его посмертный медальон. Именно выполняя данное обещание он и попал в тот монастырь, где отец погибшего товарища был настоятелем.

Тот принял парня, выслушал его короткую историю знакомства сыном.

Поблагодарил за то, что не оставили тела сына в чужих горах, за то, что смог похоронить его по-человечески, встал и обняв сержанта, расплакавшись, назвал его сынком и сказал, что будет за него молится…

А потом он достал из ящика стола пистолет… Армейский «Тульский Токарев» и протянул его парню.

- Вот… ещё мой отец с войны привес и с тех пор он у меня хранится. Возьми его… тебе он будет нужнее.

Джокер взят старый пистолет, глянул и первое на что он обратил внимания, это на непонятные каракули-символы, что были накарябаны на стволе.

- Отцу какой-то старец этот пистолет дал, сказал, чтобы тот хранил его до тех пор, пока пистолет не понадобится тому, кто принесет печальную новость, но кто будет чист перед богом душою… Думаю, это про тебя. – сказал ему тогда преподобный. Честно говоря, не понял он тогда его слов… да и сейчас он их не понимал, но…

…Кто-то тронул его за плечо.

- Командир, - голос Гвоздя. – Духи зашевелились...