Демон рода Орловых

Сударыня, что вам показалось в деле смерти этого Степанова странным?

– Одну секундочку, Тома…

– Что еще за Тома? – удивился я.

– Называть умный дом просто «Дом» это вверх креативности конечно. Я ему хоть имя дала. Созвучно же – Тома-Хома? Тома, дай новости от «Главной линии». Самарские.

– Хорошо, – ответил дом и приглушил свет в холле.

Включился установленный под потолком проектор и на одной из стен появился новостной сайт «Главной линии». Катя жестами выбрала одну из статей и увеличила фото с места происшествия.

Ни я, ни дядя не обнаружили на ней что-нибудь экстранеординарного. На фото был запечатлен пожилой мужчина, сидевший на скамейке, опустив голову. Его лица не было видно, но поза говорила о том, что он находиться без сознания. Бессильно раскинутые руки, носки ботинок в разные стороны. Но подпись под фотографией гласила о том, что гражданин С. был найдет мертвым на улице. Внезапная остановка сердца. Признаков насильственной смерти обнаружено не было. Рядовой в общем-то случай, не настороживший местную полицию.

– И? Что тут не так? Люди умирают и это естественно, – спросил у Кати дядя.

– Не видите? Тоже мне, сыщики. Приглядитесь, трость у него с какой стороны?

– Под правую руку стоит, – ответил Леонид разочарованно.

Я тоже, увидев нашу «главную улику», слегка приуныл.

– И что в том, что под правую?

– Ты не помнишь? Степанова так швырнуло об забор, что переломало ем всю ногу. Но левую!

– Левую? – я постарался оживить в памяти события того вечера. Прибывшие к воронке спасатели на моих глазах пронесли в носилках Степанова в конвертоплан.

Но я хоть убей не помнил, какая у него нога была в шине.

– Именно! Ее еле по кускам собрали! Медицина у нас, конечно, творит чудеса, но хромал Степанов после череды операций сильно. Смотрите, ему стало плохо, он присел отдохнуть и с какой стороны он бы трость поставил? Слева от себя? Или справа?

– Слабое обоснование. Гражданину стало плохо, он присел, отложил тросточку как получилось, – как по мне зацепка выглядела слабовато.

– Само по себе да. Но знаете, откуда он шел? – согласилась со мной Катя.

– Ну?

– Из «Белого лебедя»!

– Это что?

– Ресторан. Но! У Степанова была закрытая черепно-мозговая травма. Ему категорически пить нельзя! Он и не употреблял в течение этих лет.

– А откуда ты знаешь, что он там пил? – не сдавался я.

– А что он еще мог делать в ресторане в час ночи?

– Запись камер из ресторана есть? – вклинился в обсуждение Леонид Орлов.