Трон Некроманта

– Я даже место присмотрел, зная что ты рано или поздно решишься на это…»

Мои духи, слишком хорошо меня знали, так что я не удивляюсь жабьей подготовке. Нет, ну серьёзно, почему он решился остаться в теле жабы? Хотя та неплохо выросла, став в холке почти что с метр.

Также садовник облагородил парк, да и вся зелень вокруг замка стала расти куда более аккуратно. Тот же ров стал виден, а на его дне тёк небольшой ручеек. До настоящего полноводного рва тут ещё далеко, но садовник работал на совесть.

- Ква-мной, - внезапно выдала жаба, вызывая неподдельное удивление.

Я не стал это никак комментировать, а жаба спрыгнула с постамента и повела нас за собой. Мы прошли по саду и вышли к пролому в стене. За годы запустения, дожди тут смыли часть склона, образовав пологий спуск вниз.

С этой стороны замок стоял на небольшом холме… Точнее, как я понял, когда шёл штурм замка, кто-то ударил заклинанием в ров с этой стороны и часть земли просто испарилась, образовав довольно большой котлован. Поэтому и казалось что мы спускаемся с холма.

Место пусто не бывает, поэтому образовавшуюся яму наполнила вода, создав небольшое озеро. Проточной воды тут не было, так что озеро стало болотом и его нам пришлось обходить по скользкому берегу.

Благо озеро было небольшим и обойдя его, мы ещё раз взобрались на холм с другой стороны и оказались в светлой берёзовой роще.

- Ква-льше, - квакнула жаба.

Дальше так дальше.

Пройдя рощу, мы вышли к уже настоящему холму, вершину которого венчал огромный, явно больше чем столетний дуб.

«Вот, - сказал Садовник мысленно. – Он умирает. Я могу продлить агонию, но не вижу смысла. А для тебя это идеальное решение».

Садовник был прав. Казавшийся бессмертным дуб, при ближайшем рассмотрении умирал. И если уж Садовник опустил руки, то и я тут ничего не сделаю. Зато это дерево хорошо подходило для моих целей.

Подойдя к дубу, я прикоснулся к нему и стал наполнять тот некроэнергией. Дереву такой подход не понравился и оно начало умирать, осыпая меня пожухлыми листьями.

Некроэнергия поддерживает мёртвую жизнь в любом некогда живом существе. Так что вскоре дуб стал оживать. На его ветвях набухли новые почки, которые вскоре распустились иссиня-чёрными листьями. Кора у дуба тоже стала отваливаться, оголяя абсолютно гладкий и тоже ставший чернеть ствол.

Ну и последний шаг…

Вливаю в дерево все собранные в недавней бойне души. Много, очень много, но ещё недостаточно.