Несокрушимый: академия Драконобоев

Я начал вливать в себя энергию сумасшедшими темпами.

Одно щупальце прилетело сверху. Другое сбоку. И прижали меня к складкам кожи. А кожа вдруг развернулась.

И оттуда вылез огромный черный клюв. Похожий на клюв ворона. Но больше, гораздо больше. Больше взрослого человека.

Щупальца впихнули меня в клюв. И он тут же сомкнулся. Вернее, хотел сомкнуться.

Но я не дал. Выставил руки вверх. Уперся в высокий изогнутый свод. Удержался. И не дал клюву закрыться.

Руки у меня как железо. Я весь превратился будто в единый металлический брусок.

Который очень нелегко согнуть. Пси пульсировала во мне.

Клюв кальмара - одна из самых жестких вещей на свете. Он раскалывает горные породы под землей. Именно клювами кальмары пробили стенку Купола. Но я держался.

Мало того. Убедился, что выдерживаю чудовищное давление. Прошел чуть вперед.

Клюв под моим напором открылся больше. Я прошел еще дальше и сломал его. Выломал из головы гребаного кальмара к чертям собачьим.

Монстр не выдержал боли. Тут же ухнул обратно в бездну.

Я едва успел зацепиться за выступ. Кальмар исчез в темноте. Мимо меня вниз скользили его щупальца. Извивались и грозили утянуть за собой.

Но я удержался.

Кое-как выбрался наружу. Пальцы вгрызал в каменистую землю.

Когда очутился наверху, то увидел перед собой ствол автомата. А выше него холодные беспощадные глаза. Мой зам по отряду.

— Наконец-то, — сказал он и выстрелил.

***

В обычное время я бы смог сконцентрировать пси в уязвимых участках тела. И пули меня бы не взяли.

Даже бронебойные.

Но тогда я потерял большую часть энергии. И не успел перебросить остатки. Для защиты. И поэтому мой зам Маркус, которому я доверял больше всего, легко застрелил меня.

Ну как, легко. Часть защиты я все-таки успел поставить. И от этого все прошло гораздо хуже. Чтобы убить меня, ему пришлось потратить всю обойму. Я еще был жив, когда он пихнул меня обратно в трещину.

— Тебе привет от Аэлиты, придурок, — сказал он на прощание. — Она просила передать, что ты надоел ей, унылый кусок дерьма.

А вот это уже действительно больно. Мысль о том, что моя девушка спелась с этим уродом, принесла мне невыносимые страдания. Такие, что я уже не смог сконцентрировать пси. И там, в темноте трещины, я погиб. Проклиная Маркуса и Аэлиту. Предателей, уничтоживших меня.

И возродился здесь. На планете Земля, в теле худосочного прыщавого юнца лет восемнадцати, который очутился в больнице после избиения его в какой-то Академии. Академии Драконобоев.