Книга шестая. Клан на прицеле

Ты не хочешь общаться с кем попало, но устоявшийся коллектив не несет ничего нового. Новую «кровь» взять неоткуда. Дворецкий на отдыхе – некая универсальная величина, которую как раз могут пригласить туда, где как раз водятся образованные и приятные на внешность джентльмены… которых никто не хватится. Главное отыскать таких. Себе же я выбрал крайне необременительную и знакомую личину – четвертого сына уэльского лорда, повешенного на шею Уокеру, дабы жизнь обоим медом не казалась. Это прекрасно объяснит желание дворецкого провести как можно больше времени вдали от арендованного особняка.

– Осмелюсь заметить, что вы не похожи на шалопая, сэр, – указал на очевидное Чарльз, занося чемоданы в наш новый дом.

– Ерунда, – отмахнулся я, – Мой красный наряд и очки произведут на местных максимально негативное впечатление. Присматриваться они не будут, поверьте, Чарльз. А уж если я пару раз прогуляюсь с тростью по парку, дымя своими сигаретами, то слухи о вашей незавидной доле пойдут уже сегодня.

– Может, вместо прогулки по парку выберете дебош, сэр? – чопорно заметил дворецкий, иронично приподнимая бровь.

– Чего не умею, того не умею, мистер Уокер. Но мысль хорошая. Буду уезжать «подебоширить» в центр. Заодно и приучим соседей к частым визитам эфиромобиля к нашему дому.

– Да, сэр.

Особняк был из тех, которые тянет назвать «прелестными». Тесновато, зато уютно. Всего восемь комнат, две удивительно крошечные уборные, непривычно узкие ванны, бедновато снаряжённая кухня, зато эфирный телефон и даже эфировизор.

Возле аппаратов было немыслимое по меркам Японии: спрятанные под толстым стеклом таблички, где были заботливо выписанные номера госслужб, относящихся к району, а также номера сервисов доставки, через которые на дом можно было заказать продукты от надежных поставщиков.

Чисто, уютно, скромно, дорого, респектабельно. Идеально подходит как для отпуска верного слуги влиятельной семьи, так и для наказания провинившегося потомка.

Изъяв пачку свежих газет, что дожидалась своего часа на тумбочке у двери, я пошёл отыгрывать роль молодого изгоя в парк поблизости.

Как и весь Грюневальд, парк был свеж, уютен, хорошо подметен, то есть соответствовал всем идеалам почтенного немецкого менталитета. Как по канонам оного и полагалось, в послеобеденное время парк был полон прогуливающихся пар супругов от среднего возраста и старше, а также девушек в количестве двух-трёх особей в пачке. Последнее здесь тоже учитывалось: ширина дорожки большие компании делала неудобными.