На задворках Империи

По всему они сейчас должны были находиться в полной безопасности и никто и ничто не могло проникнуть в убежище, но за два десятилетия своей жизни, что Ярополк посвятил стезе вольного дружинника, он научился доверять своим предчувствиям и потому сейчас никак не мог расслабиться.

— Дружина, к бою! — только и успел отдать команду своим воинам Ярополк.

В следующее мгновение в защитный периметр на огромной скорости влетело тело четырнадцатилетнего юноши, больше похожего на ходячий скелет, обтянутый пергаментной кожей, чем на живого человека, сбивая собой одного из дружинников.

А вслед за странным юношей, оглашая округу диким ревом в защитный периметр ворвался огромный даже по меркам своего вида каменный медведь. Костяная броня короля тайги была повреждена во множестве мест, броневые пластины на спине, голове и правом боку были вырваны с мясом, левая глазница зияла чернотой провала. Вот только если в первый момент можно было подумать, что каменный медведь преследовал юношу, то уже через несколько секунд стало понятно, что и медведь и странный юноша пытались убежать от орды гигантских инсектоидов, нахлынувших вслед за ними, на казавшуюся еще несколько минут назад безопасную территорию защитного периметра.

— В круг! — отдал команду Ярополк, пришедший в себя после потрясения от осознания того, что рунная магия, всегда считавшаяся абсолютной защитой, на этот раз дала сбой и вся его дружина может не дожить до утра.

Дружинники выполнили, отработанную до автоматизма, команду, образовав вокруг туши кабарга и походных рюкзаков с провизией плотное кольцо, выставив перед собой каплевидные щиты, напитанные Божественной Силой.

Тем временем каменный медведь, попытался пробиться сквозь защитную пелену, но у него ничего не получилось. Издав обиженный рев, король тайги развернулся в сторону орды инсектоидов, поднялся на задние лапы, разведя передние в стороны и двинулся на обидчиков, тело его засияло золотым светом и начало увеличиваться в размерах. Поврежденная броня на глазах начала восстанавливаться, морда зверя также покрылась белоснежной костяной броней, когти на лапах заострились и увеличились в два раза, а единственный уцелевший глаз налился кровавым алым светом.

— Берлобог, — вырвалось у кого-то из воинов, а в следующий момент орда паукообразных тварей накатила на щиты воинов.

Юноша, которого уже все сбросили со счетов, также поднялся на ноги и не обращая внимания на вывернутую под неестественным углом левую руку бросился в бой.