Эухенио или Остров брошенных кукол

Свет прорывался сквозь его прикрытые реснички, и в ореоле этого прекрасного свечения над ним нависло Нечто. Этим Нечто оказалась огнегривая Кончита, хозяйка магазина игрушек в Мехико. Существует поверье, что те, кто слишком любит кукол, становятся на них похожи со временем. И это была правда! Кончита была явным подтверждением этой теории. Умопомрачительная тётка неопределённого возраста с копной апельсиновых волос, выкрашенных хной, голубыми губами и зелёными розами в волосах, в платье цвета фуксии и шали, расшитой розами и кроликами.

В зависимости от освещения, ей можно было дать от пятнадцати до пятидесяти. Это ли не волшебство! «Ты мой сладкий! Ну до чего хорошенький! Я думаю, они прекрасно распродадутся». Она вертела в руках пупса, осматривая его со всех сторон. «Какой серьёзный! Сейчас мы выставим тебя в витрине». С этими словами, она клюнула его своим острым носиком. Именно так Малыш воспринял её восторженный поцелуй. Пупс не знал, что означает слово «выставим», но Повелительнице кукол, так он назвал её про себя, Малыш почему то доверился. Несмотря на искусственную внешность, Кончита была настоящей, настоящей в смысле искренней. Малыш это почувствовал сразу. Страх прошел и он тихонько озирался по сторонам, пока она размахивая им, кричала что-то грузчикам. «Ну вот, сейчас я тебя отнесу к твоим новым друзьям» – и она проследовала, минуя тесную подсобку, заваленную коробкам, в зал, напоминающий Малышу кукольный Рай. Именно так он представлял его себе в своём воображении. Стеллажи, снизу доверху заполненные игрушками. Даже на фабрике он не видел такого количества и разнообразия себе подобных. Сотни глаз уставились с неприкрытым любопытством на Кончиту с Малышом в руках. «Ну вот, у нас пополнение. Прошу любить и жаловать!» и со всего маху приземлила его у ног роскошной фарфоровой красотки. Та еле заметно поморщилась. «Ты помнёшь мне платье. В помятом платье меня не купят. Подвинься» – прошипела вредина и незаметно лягнула его своим изящным фарфоровым копытцем. «Но это невозможно! Я не могу подвинуться» – жалобно прошептал Малыш. «Ну, хорошо, дождёмся ночи, дешёвка!» – прошипела красотка. «Интересно, что же будет ночью? И что такое «дешёвка»?» Размышлять на эту тему ему было неинтересно, и он принялся осматриваться. Кукла, на чей шлейф, его усадила Кончита, была великолепна. Благоухая духами и поблёскивая фальшивыми бриллиантами, она гордо несла свою фарфоровую головку с нежным румянцем и брезгливой улыбкой.