Эухенио или Остров брошенных кукол

Эухенио или Остров брошенных кукол

Габи Кабири

Сказочная, но правдивая история о маленьком Человечке и его большой Мечте.

Габи Кабири

Эухенио или Остров брошенных кукол

Часть 1

Глава 1

Разбухшая грозовая туча нависла над крышами Шанхая, готовая пролиться благодатным дождём на пыльные деревца, прижавшиеся к облупленной стене мастерской старого Пэя. «Быстрее бы» – произнёс старик, обращаясь то ли к туче, то ли к самому себе. Он сидел на пороге, попыхивая тонкой, длинной трубкой, набитой ароматным табаком и улыбался своим мыслям, рассматривая лежащее на его старческой ладони крохотное золотое сердечко.

Аромат глициний, сиреневым каскадом свисающих с крыши, разливался густым мёдом, делая и без того плотный, предгрозовой воздух похожим на приторное сливовое вино. Наконец, устав от напряжения, небо полыхнуло зарницей, грянул гром и тяжёлые капли, словно майские радужные жуки, забарабанили по листве, сбивая с неё пыль. «Ну, вот и всё. Пора». Старик поднялся с крыльца и, сломав мокрую, тяжелую кисть глицинии, зашел в дом. Это был не просто дом, это была мастерская при фабрике игрушек. Пэй поселился в ней после смерти своей горячо любимой жены. Тогда, много лет назад, он продал свои, ставшие разом ненавистными опустевшие хоромы, и поселился здесь, в крошечной хибаре, забрав с собой только воспоминания, пару чистых рубах да кукол. Находясь среди этих милых человечков, он не так остро чувствовал своё одиночество, ведь они хранили тепло рук нежной матушки Пэй, так безвременно покинувшей его, отправившись в далекое путешествие по миру призраков. У них не было детей и куклы, пусть и не до конца, но заполняли пустоту. Встретившись на празднике Цветов, в день её шестнадцатого рождения, они не расставались до самого конца, прожив в любви и трепетной заботе друг о друге, пока страшная болезнь, что проросла в ней, словно коварный плющ, не забрала её силы и, бесконечно добрая матушка Пэй не растаяла как свеча. Старик сохранил воспоминания о ней и её маленькое золотое сердечко на тонкой золотой цепочке. Он часто согревал его в ладонях, думая о потерянной возлюбленной. И так пролетело несчетное количество лет. Даже старожилы на фабрике не могли припомнить, когда он поселился здесь. Старый мастер был всегда. Он открывал ворота работникам рано утром и закрывал поздно вечером, отправляясь бродить по цеху, чтобы проследить за порядком: везде ли выключен свет, закрыты ли банки с красками и разложены ли инструменты.