Cойлинг. Тьма и демоны

Его пальцы двигались уверенно, оставляя за собой следы светящихся извилистых иероглифов, которые постепенно складывались в сложный узор. Свет становился всё ярче, и воздух вокруг него начал дрожать, наполняясь энергией, подобной пхланг.

Внезапно из светящегося узора вырвался поток тумана, и перед нами появилась большая летучая мышь-призрак. Её прозрачное тело мерцало в полутьме, переливаясь оттенками синего и серебристого. Крылья мыши были огромными и тонкими, похожими на паутину, и при каждом взмахе они издавали тихий шелест.

Внутри полупрозрачного тела можно было различить тени костей и сосудов, светящихся призрачным светом.

Я смотрела на неё, широко раскрыв глаза.

Голову летучей мыши венчали рога, изогнутые назад, а глаза светились мягким голубым светом, создавая впечатление мудрости и безумно древнего существа. Её нос был заострённым, придавая всему существу зловеще-забавный вид.

Мышь зависла в воздухе, плавно покачиваясь на месте, её взгляд был устремлён на нас, как будто она оценивала.

Дожили. Летучие мыши меня ещё не оценивали.

— Это цуйхи, — пояснил Алача, опуская руку. — Она сможет доставить Ла-гуа в Ганчхон быстро и достаточно безопасно. Главное, хорошо держаться.

Я смотрела на цуйхи с недоверием и восхищением. Осторожно подошла ближе, изучая удивительное создание.

— Откуда такое чудо? — спросила тихо.

— Это призрачный зверь. У пхи таких много, — сказал Алача. — Эта вот решила пойти за мной. Знаете ли, если находит себе хозяин, то верна до конца.

Я покосилась на него.

Решила пойти? Значит, Алача что-то покинул. Скорее всего, Ганчхон, но об этом я вряд ли узнаю.

— Она действительно сможет помочь? — все же насторожено спросил Ла-гуа, всё ещё сомневаясь.

— Безусловно, — ответил Алача с уверенностью. В его голосе мне почудилась гордость.

Лотос аккуратно устроился на спине призрачной летучей мыши, вытянул лепестки и обхватил ими её шею. Цуйхи слегка подалась вперёд, словно проверяя равновесие, а затем взмахнула своими огромными крыльями.

— Ла-гуа, будь осторожен, — сказала я.

— Мы будем ждать твоего возвращения.

— Ну постараюсь, — пробурчал он.

Летучая мышь поднялась выше, её крылья издали мелодичный свист, когда она взмыла в ночное небо.

— Надеюсь, они там не подерутся, — вдруг проворчал Алача. — У твоего лотоса, знаешь, характер ещё тот.

— А что такое? — спросила я, не отводя взгляда от неба. Жаль, что уже не разглядеть и следа.

— Видела бы ты, как он вел себя, когда нашел меня, — хмыкнул он.