Гром гремит дважды. Гамбит

— Поезд прибывает завтра, — сказал он. — Место встречи пока не разглашается... Я приказал забронировать номера в самом лучшем отеле.

— Нас в этом отеле не будет, — оборвал его я.

Юн поднял на меня недоумевающий взгляд.

— Почему?

— Потому что если кто-то хочет тебя убить, то у него есть целые сутки на то, чтобы выяснить, где ты будешь жить, проникнуть туда и устроить сюрприз.

— Ты хочешь сказать, что нужно отменить бронь?

— Зачем? Пусть будет. Пусть недоброжелатели устраивают свои сюрпризы там, где нас нет.

— А где же мы будем жить?

— На месте разберёмся.

— Погоди, Лей... Так не делается! Такие вещи нужно решать заранее.

— Вот на этом-то вас, ценителей комфорта, и ловят, — кивнул я. — Страх неопределённости, базовая потребность в крыше над головой.

— Предлагаешь жить под открытым небом? — фыркнул Юн.

— Ты туда едешь не жить, а работать. Вот и будешь заниматься своей работой, а я займусь своей.

Тут Джиан решил зачем-то подать голос:

— Лей оттуда родом, он всё решит.

Джиан хотел успокоить Юна, но тот не удостоил его и взгляда.

К Джиану он относился примерно как к мебели. Если бы с ним заговорил, к примеру, стул, он бы, наверное, тоже предпочёл не обратить внимания — зачем подыгрывать собственной шизофрении?

А я только сейчас задумался о том, что парень, тело которого я занял, действительно, судя по всему, родом из Шужуаня. Надежды на то, что проснётся его память, у меня не было. До сих пор все всплывающие воспоминания были только моими и касались другого мира. Значит, ничего я на самом деле о Шужуане не знаю.

Кроме того, что это — так называемая «нейтральная территория», официально не принадлежащая ни одному из кланов. Провинция, захолустье, но зато там безраздельно правил закон. И вести себя нужно было как можно тише, потому что все вопросы с полицией решались на порядок сложнее, чем здесь. Потому и «сходняк» проводили там — в месте, где ни один из кланов не будет себя чувствовать в своей тарелке, но и преимущества не будет ни у кого.

И, тем не менее, в Шужуане у меня могли быть старые знакомые.

Там, насколько я знал, жили родители Лея, тело которого я занял, наверняка другие его родственники, а также коллеги по ремеслу. Само собой, вряд ли я с ними пересекусь. Помимо географических, есть ещё социальные факторы. Так, например, я теперь вращаюсь с сильными мира сего, а не ворую и не побираюсь, как, если верить директору Гану — мир праху его — я проводил время до того, как попал в Цюань. И всё же риск был.