Последний из рода Саламандр. Анклав Огня. Том 4

— начал оправдываться я.

— А они просто закрыли возможность смотреть глазами Дарирана. — ответила Мариэль. — Даже я не могу.

— Понял-понял! Но можно было и помягче! Я чуть собственного зрения не лишился!

— Куда уж мягче, Салем. — отозвалась эльфийка.

«Хм, всё в порядке. Зрение в норме.» — подал голос Дариран. — «В следующий раз у них вряд ли получится с такой малой силой воздействовать. Так что Салем, больше не надо подглядывать ладно?»

Хорошо. Урок усвоен! — мысленно отозвался я, и тотем вновь пропал в другом Плане.

Спросить долго ли нам здесь ещё сидеть, я не успел, оставалось только разглядывать четырёх великих тотемов, но мне это быстро надоело.

Около часа мы ещё так просидели. За это время я расспросил свою эльфийку про Турнир. Она однажды принимала в нём участие, еще до того как попала на Адохир. Тогда она дошла до этапа «Схватка Стихий». Это континентальный этап, когда сходятся лучшие бойцы материка в своей группе. Там уже группы разбиваются и смешиваются случайным образом. Шестая Ступень может легко встретиться с Десятой.

Несправедливо, да. Но до этого этапа Турнир был больше зрелищным представлением, а не боевой схваткой. Длился он до первой крови, хотя там использовали зачастую контролирующие или не смертельные заклинания. Что-то похожее я видел в академии...

Эх, вернутся бы туда, да наверстать упущенное.

В тех дуэлях так же и в первом этапе «Родные Стихии» нужно вывести соперника из строя. Вот только у меня гигантские пробелы в знаниях. Но уж первый-то этап я точно пройду.

От моего внимания не скрылось, что взгляды Архонтов вернулись в эту реальность. Пару минут они всё так же спокойно сидели, только на этот раз их внимание было направлено на представителей судей. Они так же пришли в движение.

— Объявляется перерыв один час! — возвестил пылающий лис, и вновь Великие Тотемы застыли на месте.

«Ну и что там решили?» —мысленно спросил я, заметив что Дариран вернулся.

«Сейчас сам всё узнаешь!» — хитро отмазался от ответа мой тотем.

Все начали пониматься, и направились к двум выходам из зала. А в мою сторону направился Грик Убино.

Мы вышли в пустой коридор, выполненный из дымчатого мрамора, с огромными окнами по одной стороне и ростовыми портретами великих аэртов прошлого.

— То что Бернат преступник, это уже понятно! — произнёс он.