Можно ли обижать девочек?

Так что, как только прозвучал финальный свисток, обессиленными на пол повалились не только девушки, но и я, создав впечатление, что из всех нас повытаскивали какие-то стержни, удерживающие до этого наши тела в вертикальном положении.

– Пора победителям выбирать своих скакунов! – прозвучал какой-то далёкий голос Ольги Станиславовны.

– А этот мой17! – ткнула в меня пальцем вскинувшаяся Вячеслава, тут же бессильно уронив руку на пол.

Никогда не думал, что окажусь на месте маркиза де Вард – гвардейца кардинала Ришелье.

Как-то больше представлял себя Шарлем Ожье де Бац де Кастельмоор, графом д’Артаньян. А вот, поди ж ты, как оно всё обернулось!

17. Возглас д’Артаньяна, адресованный де Варду в начале драки с гвардейцами кардинала, прервавшими его дуэль с Атосом, Портосом и Арамисом (кинофильм «Д’Артаньян и три мушкетёра»).

«Ага, гасконка, блин! Ты на ноги сначала поднимись!» – подумал я, повернув голову к девчонке, распластавшейся по полу зала, словно выброшенная на берег медуза.

Впрочем, не только Слава изображала стрекающее морское животное. Все девчонки, повалившиеся там, где их застал финальный свисток, тяжело дышали, безучастно глядя в возвышающийся над нами потолок и поблёскивая едва различимыми аурами. И только осознав это зрелище, я сообразил, что эфирное зрение можно уже отключить.

И хоть чувствовал я себя не на много лучше женской части, но оставаться должным юной стервочке мне не хотелось. Мало ли что она потом придумает, чтобы взыскать с меня долг.

И папа с мамой мне часто говорили, что долг платежом красен. И с принципом «проиграл – расплатись» я был согласен на все сто процентов. Или вообще не играй. Ведь никто нас не заставлял принимать участие в футбольном поединке. И с его условиями все молчаливо согласились. Ну, а то, что проиграли … Такова, видимо, сегодня воля небес.

С усилием взгромоздившись на подрагивающие от напряжения ноги, стараясь не обращать внимания на долбящегося внутри головы дятла, я доковылял до своей «наездницы».

Затем, со скрипом наклонившись, потянул девушку за безвольные руки, со второй попытки закинув их на свои плечи. Крякнув от удвоенного веса, я с большим трудом, но всё же выпрямился, удерживая болтающиеся девичьи кисти перед собой, и с попискивающей командирской тушкой на спине пошкандыбал вокруг футбольной площадки.

Я заканчивал первый круг, когда живописно разбросанные по футбольному полю девичьи тела начали оживать.