ГРОМОВОЙ ЯСТРЕБ. Головы забытых королей

Коломан имел куда больше шансов воссесть на Керракский престол, но Довмонт обвинил его в убийстве своего отца и даже нашёл свидетелей. Стоит ли говорить, что Коломан всегда любил своего брата, а у Довмонта с отцом отношения не ладились... в любом случае, Коломан уже ни на что не претендует. Он хочет лишь одного, чтобы его людей и их лес оставили в покое.

- Это не оправдывает грабежей и убийств. - Отрезал Эгидий.

- Любая война - это грабёжь, насилие, убийства и разбой. Где проходит граница между разбойником, обирающим купцов на дороге, и благородным рыцарем, год за годом собирющим грабительские поборы со своих крестьян?

- Мы - рыцари-монахи! У нас нет ничего своего.

- Праведно воскликнул Эгидий.

- А у вашего ордена? - Хрипло усмехнулся Ирвин. - Разве не благодаря войне орден скопил свои богатства? Кто-то ведь заплатил кузнецу изрядное количество золота, чтобы тот обеспечил вас этой чудесной бронёй и разящим мечом? Я даже не говорю о боевом и походном конях.

Нет, сир Эгидий, я решительно не вижу разницы между вами.

- Господа, - Потупив взор проговорил Ганс, - нам нужно двигаться дальше.

- Нет. - Ответил Ирвин. - Мы ждём проводника.

- Проводника?

- Да. Коломан обещал дать нам в благодарность припасов и проводника. Он придёт чуть позже, но проведёт нас по кратчайшей дороге, ведущей к Керраку. Они сказали что мы сильно отклонились на север, не смотря на то, что шли, как нам казалось, в сторону Солнца. Дороги здесь весьма запутанные и путь, что по первому взгляду ведёт далеко на юг, может оказаться на деле самой верной дорогой на восток.

- Отлично. - Кивнул Рикон. - Мы подождём проводника. Но, Ваше Святейшество, прошу Вас, доберёмся до повозки. Вам нужен отдых.

- Конечно, господа. Спасибо вам. - Ответил Ирвин и подхваченный рыцарями под руки поплёлся к своей повозке.

***

Когда вооружённая свита Ирвина выехала из леса близ Керрака, человек лесного царя поклонился и исчез в тёмных зарослях, ибо дальше провожать путников было незачем.

Солнце уже давно клонилось к горизонту на западе, а потому решено было разбить лагерь. Слуги очень быстро поставили походные шатры и развели костры, а несколько рыцарей, сняв с себя доспехи, поехали на охоту. Не столько из-за голода, сколько из желания отдохнуть от размеренной езды позади громоздких повозок. Ирвин всё ещё не мог сам свободно ходить, хотя чувствовал себя уже гораздо лучше.