За столом со смертью

Луи быстро приблизился к концу списка, где остался всего один пункт, и огласил:

– Катрин и её тринадцатилетняя дочь Элизабет.

Паскаль окинул взглядом всех гостей и, не найдя среди них девочку, спросил уже более удивлённым голосом:

– Извините! Мадам Катрин, где ваша дочь?

Узнав о наличии у сиделки уже довольно взрослой дочери, детектив извинился за прежнее обращение к ней «мадемуазель».

– Я… Я н-не знаю, – было видно, что сиделка заволновалась.

– Вы не знаете, где она, или не знаете, что на это ответить? – Луи пристально буравил взглядом женщину.

– Я не знаю, где она сейчас. Вчера вечером она поздравила Бауэрсов, а после этого я её не видела.

– То есть вы не обратили внимания на исчезновение своей же дочери? – засомневался детектив.

– Вы знаете, как бы это парадоксально ни звучало (ведь Элизабет – моя родная дочь!), вчера вечером мне было не до неё. Я до половины четвертого успокаивала Беллочку, а потом, когда снотворное, которое я подсыпала ей в воду, подействовало, я заснула на диване в её комнате как убитая.

Вчера я очень устала.

– Вы всегда спите в комнате мисс Бауэрс? – детектив достал записную книжку.

– Нет, крайне редко. Обычно только когда мисс Бауэрс болеет или случается какое-то несчастье, как вчера. Последний раз такое было, когда у Беллы умерла тётя. А так у меня своя комната на первом этаже. Она неподалеку от гостиной. Вы что – меня подозреваете? —забеспокоилась Катрин.

– Пожалуйста, пройдемте ко мне в кабинет, – направился к лестнице Луи, отпустив остальных гостей.

II

Уже в комнате детектива Катрин всё снова ему рассказала, а он записал что-то у себя в тетради. Вскоре из коридора послышался телефонный звонок.

В особняке Бауэрсов телефоны были на обоих этажах, но, когда в доме собирались гости (а их комнаты, как правило, располагались на втором этаже), телефон на первом отключали, чтобы людей не беспокоил параллельный звонок с нижнего этажа.

Через некоторое время телефон зазвонил снова. Детективу порядком надоело слушать его трели, и он со словами: «Двадцать человек в доме, а никто трубку взять не может» направился в коридор.

Из разговора с настойчивой собеседницей на другом конце провода он выяснил, что та звонила Катрин. Луи передал трубку сиделке. Поговорив по телефону, та вздохнула:

– Мистер Паскаль, моя дочь у подруги Салли в городе. Это звонила её мать, спрашивала, получила ли я записку дочери.

– А что она там делает? – удивился детектив.