После выпускного

— Левее! Ты что не видишь, криворукий опоссум, что чан наклонился?

— Так он не держится прямо! А ты, крыса лабораторная, вместо того, чтобы визжать, лучше бы придумала, как его закрепить! Я тут ни одного крепления не вижу! Как эта дура вообще стоять будет?

— Да как это не будет стоять! Под нами целая комната в гигантский магнит превращена! Его уже должны были врубить! — я поковырялся в ухе, потому что лабораторная крыса меня реально глушила. И тут до меня дошло.

— Что? Какой гигантский магнит? — крыса неохотно повернула ко мне голову, моргнула, и, признав, неохотно ответила.

— Не волнуйтесь, Виталий Владимирович, магнит расположен для точечного воздействия. Все помещения вокруг, кроме участка пола под чаном, изолированы от действия магнитных волн.

— Это точно? — что-то мне не хотелось бы, чтобы где-то поблизости работал гигантский магнит и притягивал к себе все, что находится в поле его действия, как черная дыра в миниатюре.

— Да, Виталий Владимирович, это точно. Осталось, конечно, пара мест, но там предупредительные знаки расположены, и их скоро изолируют, как только кто-то выпрямит руки и начнет уже работать, а не дурака валять, куда ты опять его накренил?!

— Ты сам пробовал его удержать?! Врубай уже свой магнит, пока нас всех к херам под этим котелком не похоронило!

Эта дура действительно опасно наклонилась в нашу сторону, но потом резко под мелодичный звук, шедший откуда-то снизу, сама без помощи рабочего, встала на положенное ей место и крепко сцепилась с полом.

Глядя на рабочего, пытающегося сдвинуть чан с места, я решил, что тот гигантский магнит все же врубили. Матерившийся сквозь зубы мужчина скинул с себя белый костюм и, оставшись в обычной серой форме, бросил его под ноги находящемуся в прострации ученому и гордо ушел, даже со мной не поздоровавшись.

— Хорошо, — я задумчиво смотрел на ученого. Бейджа с именем видно не было, и оставалось только гадать, как зовут эту, хм, крысу лабораторную. — Представьтесь, — я сам не ожидал услышать повелительные нотки в голосе.

Молодец, Сава, учись командовать, пока возможность есть.

— Федор Искрин, глава лаборатории экспериментальной химии, — и он для чего-то одернул халат.

— Так вот, Федор Искрин, у меня к тебе один вопрос и одно задание. Сначала вопрос, — я продолжал сверлить его взглядом, от чего химик нервничал все больше и больше. — Сюда не заходили Эльза Бойнич и адвокат Андре Керн?

— Заходили, — кивнул Федор. — Они ушли почти сразу.