Гусары, молчать! Том 3

И так, бедняга, весь бледный, слишком много сил потратил на то наше сражение, вот и не рвётся заливаться.

Понятное дело, что пришлось несколько раз с чувственностью и многочисленными подробностями каждому из нас рассказать, что же произошло в том далёком городке. Девушки наседали на каждого, искренне желая смаковать все моменты.

Наименее информативным вышел рассказ Коли. Тут даже особо не поймёшь, то ли ему совсем не повезло, то ли, наоборот, оказался самым везучим из нас. Его же вырубили так, чисто мимоходом ещё в первые секунды, что его до сих пор сильно злит.

Никита пусть и держался чуть меньше меня, зато большую часть времени он провел в облике медведемона, из-за чего появились небольшие пробелы в памяти.

«Я бью одного, второй бросается на меня, откидываю третьего, опять достаю второго…», примерно так выглядит его рассказ, как бы он не силился вспомнить всё.

Так что я раз за разом оказывался в центре внимания, абсолютно не стесняясь приукрашивать некоторые моменты.

То отлетающий Коля, которого вырубили сильнейшим ударом, врезается в одного из противников, ломая ему шею. То Никита в своём страшном облике поскальзывается на ровном асфальте и падает на задницу, случайно придавливая оппонента, от которого остаётся лишь мокрая лепёшка.

Реальный рассказ из меня вытянули лишь в самом конце, после чего никому не захотелось больше задавать никаких вопросов. Что тут сказать, максимально неприятно осознавать, что мы, сильнейшие курсанты-первогодки, оказались полностью беспомощными младенцами, которых с лёгкостью раскидали враги.

Наташа пыталась удивиться тому, что на наши подвиги и внимания не обратили. Медальки, мол, могли бы вручить.

Я настолько сильно скривился от воспоминаний последних дней, что Софья и София зашикали на девушку, требуя даже не упоминать об этом. Специально вышел минут на десять, якобы в туалет, давая возможность моим «С» объяснить, что, так сказать, отзывов я получил очень много.

Больше, вроде, подобных вопросов не появлялось. Лишь Никита решил подойти и за батю извиниться, но я сразу же остановил его неуверенную речь. Причем тут он? Никогда не придерживался той тактики, что за грехи отцов должны расплачиваться дети.

Да и проблем каких-то от Михаила Романова мне не пришло.