Тень души 2

Кудесник благосклонно кивнул, и тот спросил:

- Отче! А у нашей речи разве нет таких же буквиц, чтобы обозначать слова?

- Нет, ребята, - ответил он. – Простому человеку незачем обозначать слова. Обычные слова – ложь, глупость и всякий вздор. Ни к чему множить глупости. А у кудесников колдовские руны, ими обозначаются мысли. Дойдём и до них со временем.

Вот так! А как же народное просвещение и литература?! Хотя это из другой эпохи. И тут игра вообще-то.

Во дворе ребята как ни в чём ни бывало дурачились – орали языческие песни и плясали.

Ну, убили колдуны их товарищей, самих чуть не убили, и прямо об этом им сказали. Но они-то живы. И молоды…

Чёрт! Постоянно забываю, что это просто игра…

До ужина развивали разум. После ужина мёду не дали, пили квас. И только перед отходом ко сну я отстранённо отметил, что сеанс ещё отчего-то не закончился. Ночью снились странные сны. Родители Тёмы, братцы и сестрички, соседи. Обрывками без связи, как они работали в поле, купались в речке, ходили в лес по грибы или ягоды.

..

Утром меня снова разбудили удары по колоде. Этот день в игре точно будет последним.

Глава 2

Начались весьма скверные дни. Мёду не давали. Эта чёртова игра оказалась не просто реалистичной, а прям очень-очень. Синдром отмены, ломка. Мне ничего не оставалось, только действительно рвать жилы на тренировках и превозмогать одурь на уроках греческого.

Я отметил про себя, что «старшие» парни работали с нами только до обеда, на наших «уроках» больше не появлялись.

Может быть, у них свои занятия? Они ведь тоже не волхвы и точно не наёмный персонал. Тогда кто? Старший курс? Хотя какая разница! И без них ни на кого не хотелось смотреть.

Ребят, видимо, тоже придавило – на переменках уже не плясали, тянули без слов тоскливые, протяжные мотивы. Вечером после ужина я давился проклятым квасом и говорил себе, что это точно был последний день. Завтра игру починят.

Эта мысль хотя бы позволяла уснуть, провалиться в чёрный омут полусна-полуобморока.

Забавно. Я три дня вечером говорил себе:

«Завтра мой последний день в игре».

На четвёртый день я немного переломался, в голове слегка прояснилось. И мысль, что завтра последний день, уже не сработала – не спалось. Даже закрались сомнения, что я вообще в игре. Ну, по факту реальность, данная в ощущениях, самая настоящая, без намёка на условности.