Азраиль. Война Небес! Том 4.

Хорошо, — она взяла за руку Лизу и поднялась вместе с ней. Когда они подружиться успели? — Господин Романов, я обижусь, если вы не пригласите нас на семейный ужин.

Август приподнял руки. Казалось, он и сам уже забыл, что рассказывал.

— Извольте! — он слегка усмехнулся, выплёскивая из своих уст чистой воды пафос. — Разве я похож на человека, который не сдерживает своих обещаний? Мы обязательно увидимся, можете не сомневаться, София.

Я показательно глубоко вздохнул, без особого энтузиазма оглядывая зал.

София же филигранно кивнула цесаревичу.

— Я...

— Увы, но нам пора, — чуть грубее вставил я и пронзил косым взглядом робеющего за столом Борю. — Не хочу никого прерывать, но ситуация вынуждает.

— Да! — вскочил здоровяк с места, оставив объедки на столе.

Мы направились к выходу.

— Удачи вам! — махнул рукой Август нам в спину.

...и был проигнорирован вновь. Я лишь потянул девушек за собой. Слишком много дел, София. Слишком.

***

— Этот Эраст... — князь скосил глаза на государя.

— Его не волнует то, что о нём подумают другие, не так ли, ваше Величество?

— Так, Зиновий, абсолютно так, — кивнул государь, не отрывая взгляда от главного гостя, покидающего церемониальный зал.

Аристарх Карпович смотрел в спину выходящему из зала Эрасту Орлову, а глаза его буквально лучились искренней надеждой. Этот человек был особенным — таким же особенным, каким когда-то был Дэвид Драгомир. Далеко не лучшим человеком, не примером для подражания подрастающего поколения, но.

.. особенным. Полная рациональность в действиях, грамотная речь, верный ход мыслей и уверенность в себе — такая, что даже сам Император робел перед ним.

Что уж говорить, государь принял столь глупое для окружающих решение только потому, что повёлся на эту уверенность.

...да, решение сделать Орлова главнокомандующим и впрямь глупое для окружающих, но только не для него.

Не во второй раз.

История будто повторялась, но на месте Дэвида Драгомира был Эраст Орлов.

Окружающие называли его монстром, убийцей и преступником, который заслуживает смертной казни. Хотели избавиться и смешать его заслуги с грязью. Буквально каждый видел в Эрасте — как, впрочем, и в Дэвиде Драгомире — жестокость, глубоко забывая о других его качествах — упрямства, рациональности и — что самое главное — силы.

Особенные люди будто одним лишь взглядом дают понять — любое решение, принятое для их помощи, будет верным.