Белорусский барон. Том 2

Антон только и успевал, что орать на меня, потому что не успевал так быстро создавать печати. Ещё и людей спас, которых я ему откинул. Мужик и баба стояли как вкопанные, не понимая, благодарить нас или нет. А может, они были так счастливы, что не могли ничего сказать. Ну либо под впечатлением, как такому коротышке, как я, удалось напитать свои руки и отбросить двух взрослых людей. Пусть одна весила килограмм шестьдесят, но второй точно девяносто, а может и все сто. Так что полтора центнера для парня, который выглядел на лет шестнадцать в свои-то восемнадцать — это крутой результат.

Да я и сам горжусь собой. Потому что если сравнивать себя с сильными мира сего или с собой из прошлой жизни, то на дизморали можно вообще перестать развиваться. И всё же всегда хочется быстрее и быстрее. Чтобы всё шло как по маслу, без всяких сложностей. Но это всё мечты-мечты.

О, Одарённые уже и до нас добрались. Добили остальных тварей. Благо я успел под конец увидеть, как золотая черепаха плюнула золотой жижей в броню Одарённого Городского Класса.

Вот только ему было пофиг. Плюс золотая жижа резко почернела.

Это ещё один признак, почему черепах называли Золотыми. Жаль, что их золотые жижи — это не золото, а лишь иллюзорная чёрная хрень, которая становилась таковой через секунд десять после плевка.

Одарённый, который добрался до нас первым, посмотрел на нашу команду. Понял, что мы ещё зелёные в этом деле. Но, увидев простолюдинов, сделал губами выражение, мол, неплохо.

А потом и вовсе сказал:

— Парни, молодцы.

Благодарю за помощь. И рад, что вступились за наших лю…

Тут уже Одарённый что-то заметил во мне. А уже через минуту позвал своих ребят, которые тоже были крутыми, хоть и Экстра Класса. И все они хотели сфоткаться со мной.

Как оказалось, они тоже видели на ютубе, как барон Великий разматывает мудачьё.

— Это же ты, верно? — ещё раз уточнил главный Одарённый.

— Выходит, что я, — вздохнул, потому что понимал, что сейчас и другие начнут просить сфоткаться.

А я, если честно, не люблю эти вещи. Но и отказывать не буду, пока не обладаю такой силой, чтобы мог одной аурой «объяснить», что я не люблю задерживаться.

Одарённый, на удивление, не разрешил остальным фотографироваться. Он лишь сказал, что можно сделать один общий кадр, чтобы отпустить барона Великого по своим делам.

Было приятно слышать это, осознавая, что я — это и есть тот барон.

Короче говоря, нас отпустили сразу же, как только сделали общий снимок.