Азраиль. Сквозь Небеса. Том 3.

Я с облегчением выдохнул. Хочется верить, что этот унизительный удар станет уроком для Блэка; уж слишком часто он вмешивается в дела, которые никаким образом не относятся к нему. Ни уровнем иерархии, ни количеством силы.

Но всё же. Какое позорище... ведь всё это случилось на глазах у такого количества людей. Я от неловкости даже почесал в затылке.

— Я буду отстаивать честь Софии, — парень теперь смотрел на меня, сжимая челюсть. — София тебе не принадлежала, не принадлежит и, тем более, принадлежать не будет.

Да ну? Я посмотрел на Софию, показательно игнорируя её ухажёра.

— Я вынужден у вас спросить, госпожа Раевская, — спокойно осведомился я, стараясь не краснеть от стыда. — Этот человек... дорог вам?

Я чувствовал кожей, как притянуты ко мне взгляды присутствующих; все затаили дыхание, гадая, что же произойдёт дальше. Уверен, гости были готовы к сумбуру в тот момент, когда отвечали на приглашение своим согласием. Иначе и быть не могло.

Что ж, с другой стороны, плыть по течению этикета и имиджа было легко.

Впрочем, всё так и складывалось.

— Нет, — коротко отозвалась София после пары секунд раздумий. — Я не знаю этого человека.

Глаза англосакса вспыхнули от обиды. Он тут же скривил губы, но менять позицию не стал.

— Кажется, ваш приятель, — я прошёлся по англичанину натужно-размеренным взглядом с головы до ног, — слишком уж разбушевался, госпожа Раевская.

Парня моментально бросило в краску, что было вдвое более заметно на фоне рыжих волос; лицо буквально перекосило от ярости. Отлично, отлично. Поставлю наглеца на место, и верну Красному ордену тяжёлым трудом заработанный статус сильнейшего в Империи.

— Что... ты с-сказал? — буквально выплюнул он. — Послушай, не знаю, что ты о себе вообразил, но ты, похоже, ещё не понял, что перед тобой не один из жалких мелких аристократ, а наследный принц Англии, сын Людвига Грациуса, подлинный аристократ в таком поколении, которое.

Ну, разумеется. Это уже было давно очевидно. Помню этого парня из прошлого — типичный король-тряпка, об которого вытирали ноги все, кому не лень. Общество этого самонадеянного аристократа было явно неприятно Софии, но она сейчас терпела его замашки, вопреки своим привычкам.