Вар'Кай I: Cтарейший из рода

Как-то раз, в бою, один из южан с рассечённой смертельной раной грудиной, пошатнувшись, исцелил свою рану, нанеся в ответ страшный удар. В тот раз мне повезло, что этот удар снёс меня с обрыва прямо в горную реку, поболтавшись в которой я выжил. Но урок был высечен в моей памяти и остался со мной до сих пор. А теперь, уже после собственной смерти, я получил шанс приобщиться к подобному таинству. Обернуть рану силой, а боль ударом. Исцелиться, повергнув противника.

Даже покрасневшая и горящая от удара ведьмы щека, не могла остановить улыбку, что тронула мои губы.

Я не верил, что мальчишка уже проходил это испытание. Скорее хитрая ведьма сказала наследнику об этом, чтобы увеличить его шансы, даже не подозревая, кто именно находиться в теле подростка.

Я отпустил рукоять меча, ставшую скользкой от моей хватки. Шагнул к переплетению ветвей и запустил руку в гнездо.

Боль затопила сознание мальчика, инстинкт дёрнул мышцы обратно, а моё сознание обратилось к силе рода, заставляя глаза полыхнуть голубым. Но я сдержался.

Рука продолжила движение, брызнула первая кровь, а глаза потухли. Отказ от родной силы пошатнул меня. В глазах потемнело. Когда рука вошла по локоть в кровавые заросли, я ничего не видел от боли и обратился к медитации. Стандартной практике, способной не только восстановить силы, но и перенести фокус сознания на объект за пределами взгляда.

Этим объектом, стала ведьма.

Никогда раньше я не использовал медитацию для нанесения удара и внезапно понял, что это считалась невозможным не по причине нематериальности духа, а по причине отсутствия боли.

Именно страдание, доведённое до пиковой точки, стало решающим фактором. Слишком выбитый из равновесия и одновременно сконцентрированный, я махнул свободной рукой, так, словно это имело значение.

Мне казалось, что в движение пришли титанические массы энергии. Что ведьма, сидящая за своей прялкой, будет сбита с ног, но ожидания оказались пустыми. Моих сил не хватило.

Удар вышел смазанным и не точным. Слабым словно толчок ребёнка и пришёлся он на чашу, в которой лежала ступка и остатки сияющих листьев.

Успех оказался неожиданным и быстрым. Деревянная чаша упала и вместе с ней упал я.

Хватая ртом воздух, задыхаясь от шока, я дрожал как осиновый лист пока тело мальца сотрясалось в ужасных конвульсиях.

Кажется, я всё же потерял сознание. А когда очнулся, оказался на улице, на песке каменного сада, под огромной и светлой луной:

— Сегодня ты сделал первый шаг в освоении техники призрака.