Вар'Кай I: Cтарейший из рода

Кровь лишает жалости

Месть — это блюдо, которое подают холодным. Я желал смерти Гору и всему роду Саминай, но не мог просто оголить вакидзаси и перебить их всех. У мальца просто не хватит сил. Но нахождение рядом с ними сводило меня с ума. Убийцы и выродки улыбались мне ежедневно, называли меня господином и сыном, обнимали меня, тренировали меня, кормили и охраняли.

Убийцы моего рода!!!

Вакидзаси вскрыл козлоногас поражающей скоростью. Один длинный шаг с порывом холодного ветра, один скошенный удар снизу вверх прямо из ножен и труп сатира выбросил в небеса фонтан крови.

Ещё до того, как тело зверолюда упало, я бросился дальше.

Первый убитый был выше меня в два раза и втрое крупнее. Остальные, глодающие половину оленя на залитых кровью и выпирающих из земли корнях, были меньше. Закрученные назад рога выдавали в них самцов, а отливающая тёмной синевой шерсть, покрытая ритуальной охрой, сама собой говорила о клане.

Подобных тварей существовало немало под сенью горящего леса. И сегодня я сбежал от охраны, чтобы выместить на них своё сумасшествие.

Яростным криком и наклоном головы встретили меня оба противника. Я знал, что последует дальше. Рывок, куда более мощный чем можно себе представить и удар рогатой башкой, от которого треснут все рёбра.

Но я знал, чего ждать, и с помощью дара взмыл в воздух.

Ядовитые сюрикены со свистом покинули пояс, опускаясь на мохнатые спины тех, кто дерзнул броситься в бой. Сделав сальто, я врезался в ствол дерева, но не упал и не ударился, а вонзил в кору вакидзаси и упёрся согнутыми ногами.

Холодный ветер Вар’Кай делал мои движения мягкими, а ловкость кошачьей.

Задрав голову, я выгнулся, позволив одной руке свободно болтаться. Сатиры внизу не понимая куда я делся и умирали от попавшего в кровь яда. Через десяток секунд оба повалились на землю и умерли среди тех же корней, где ели оленя.

Я спустился вниз чёрной тенью, мелькнувшей в лунном и золотом цветах. Мои одежды были одеждами убийцы. Чёрные бинты и просторный капюшон.

Измазанное углем лицо и вставшие колом от вмазанной в них глины, рыжие волосы.

Когда Гор узнает, что я сбежал, головы полетят с плеч охранников и воинов его дома. А узнает он обязательно, я об этом уже позаботился. Пусть кровопийца пьёт кровь собственного дома, а я с радостью посмотрю, как она прольётся.

Достав из тел сюрикены и убрав их за пояс, я подумал, что эта вылазка была нужна мне как воздух. Почувствовать себя быстрым, молодым и сильным.