Вар'Кай I: Cтарейший из рода

Кому как не ему было знать подробности смерти Вар’Кай?

Я не торопил события и не тревожил лысого Осаму’Ки по пустякам. Время пополнить свой список именами убийц у меня ещё будет.

Посланник императора прибыл в конце месяца. Путь гонца, сообщившего в столицу о смерти советника, занял несколько недель. И столько же потратил посыльный, чтобы передать слово императора, в котором была начертана лишь одна фраза «призываю тебя ко двору».

Красными иероглифами на белом пергаменте она рассекала лист вертикально.

Я подчинился, прекрасно зная, что прошёл лишь самый лёгкий этап выбранного пути.

К императору меня не подпустят. Не дадут его отравить. Не позволят приблизиться и ударить. Возмездие для него может занять целые годы, но я справлюсь, я был в этом уверен.

Человеческая жизнь крайне хрупка и если кто-то решил тебя убить, он убьёт, не сомневайся. Проблема императора заключалась в том, что это я решил его убить, а не он меня.

Покончив с делами в поместье, я отправился в путь. Требовалось дать клятву будущей жертве.

Глава 14. Столица

Столица, это жемчужина всей империи. Узел торговых маршрутов, объединяющих великие дома. Богатый, прекрасный и полный пороков город. Север и юг, запад и восток, все платили налоги за одну только возможность провести свой караван через столицу, и платили с радостью. Ибо то, что растёт и живёт на севере, не живёт и не растёт на юге.

Восток насыщал империю рыбой, водорослями, крабом и морскими орехами. Поставлял кости и крепкий хитин для доспехов и статуэток.

Да что говорить, даже катана подаренная императором, вернее её рукоять, была выполнена из кости морского чудовища, обмотанного высококлассной кожей. Север привозил ягоды и орехи, шкуры и прирученных зверей (вроде тех же лекуров и саблезубых волков). На западе, граничащем с дикими территориями и горным хребтом, за которым раскинулись рыцарские королевства, в многочисленных шахтах рудокопы отбирали у земли камень и драгоценные металлы. А на юге, там откуда я прибыл, выращивали зерновые культуры, собирали дары вечно горящего леса и алхимические травы.

Всё это обменивалось, покупалось и продавалось здесь, на рынках великого Орра.

В нашем караване находилась без малого сотня людей: моя свита из нескольких ближайших к Саминай домов, почти два десятка слуг и многочисленная охрана покойного Гора. Эти самураи хранили молчание, их клятва не допускала праздности и сомнений, только служение.

Я ехал в закрытой карете, не желая натирать задницу о седло огнегрива.