Вар'Кай I: Cтарейший из рода

Ведущий наблюдение егерь сразу понял, что что-то не чисто и разбудил нас, отдыхающих после ночного перехода:

— Господин. — Я раскрыл глаза, сел и нахмурился. — К нашим людям сворачивает отряд.

Вскочив на ноги, я поправил катану и водрузил на голову шлем:

— Поднимай остальных.

Вернувшись на место наблюдателя, я понял, что разглядеть деталей не выйдет. Сквозь вездесущие стволы деревьев и кусты, просматривалось наличие людей. Егерь был прав, в лагере гонца появились новые действующие лица, но кто они, на таком расстоянии и с такой плохой видимостью разглядеть не получалось.

Пришлось приближаться, кутаясь в накидки Сохей и оставив огнегривов с одним из гвардейцев. Звери тонко чувствовали настроение своих хозяев, прижимались к земле и урчали. Сверлили лес взглядами умных глаз и прятались, прижимая к голове уши. Стоило большого труда не дать им начать охоту вместе с нами. Нам повезло, что несмотря на крутой нрав эти кошки были послушны, умны и верны своим всадникам.

К тому моменту, когда мы сблизились со стоянкой. Всё было кончено. Буси и гонец исчезли, а их вещи на наших глазах, буквально беззаботно посвистывая собрал и убрал в одну из телег гибкий юноша. Чужаков было двенадцать. Три крытых повозки со знаками бардов и скоморохов окружали кострище. А сами владельцы, носили штаны и рубахи в квадратик, один сидел на месте возницы в шутовском колпаке, а молодая женщина, установив начищенную медную чашку на бортик, пудрила щёки.

Казалось, ничего страшного тут не происходит, если бы сразу двое из этой братии не срезали пласты окровавленной земли, и не складывали ту в ящик.

Подав знак всем оставаться на месте и, приготовится к бою, я снял накидку и выйдя из-за дерева спокойно пошёл вперёд. Меня заметили в тот момент, когда я уже вышел к стоянке и остановился на границе деревьев.

Красные рога шлема, чёрные слёзы... всё это не давало чужакам ошибиться с опознанием личности.

Они заметили меня и точно узнали. Те, что возились у кровавых пятен встали на ноги. Гейша с напудренным лицом, убрала тарелку-зеркало так, словно ничего не случилась и пошла за телегу. А шут достал нож и подкинул, снова и снова, демонстрируя ловкость, свойственную хорошим и метким метателям. Остальные замерли у телег.

Спрятались у всех на виду в роли гейш и шутов. Тех, кому вредить плохая примета. Тех, кого не грабят и толком не проверяют.