Вар'Кай I: Cтарейший из рода

Вар'Кай I: Cтарейший из рода

Даниил Тихий

Глава 1. Последний из рода

Всё началось с одного случайного взгляда, раскрытой тайны и древней, семейной реликвии.

Мой старший правнук, Са’Ши из рода Вар’Кай, влюбился в замужнюю, молодую женщину. И не просто замужнюю, а в саму Ену Саминай, отданную за старика рода Саминай не более года назад. Старый владетель был одной из самых крупных фигур империи, хозяином вечно горящих садов и Са’Ши очень зря позарился на чужое.

Его ошибка стоила моей семье — жизни.

Когда измена Ену раскрылась, Са’Ши погиб первым. Его взяли прямо в столице и вывезли на юг. Через неделю мы получили его голову с почтовым фамильяром одной из ведьм. Мне было сто двадцать три, мой родовой дар почти угас, а тело и разум были опутаны кандалами страшной, предсмертной старости. Я не мог говорить и ходить, лишь плакал от горя, понимая какие страшные последствия навлёк на нас правнук.

В коридорах северного поместья поселился топот сапог. Меня укрыли в нём вместе с младшими членами нашей семьи и женщинами.

Отец малышей и его взрослые сыновья, мои правнуки, понимая, что в открытом бою нам не выжить, отправились на поклон к светлоликому императору, но обратно они не вернулись. Вместо них, в одну из ночей, к нам заглянула смерть.

Из-за старости и дряхлости я мало что понимал, но запомнил живой огонь, который оборачиваясь фигурами диковинных зверей, гонялся по коридорам за слугами и защитниками поместья, испепеляя тех одного за другим и не трогая мебель.

В ту ночь, зная о том каков я был во времена молодости, ко мне пришла моя внучка, нынешняя мать рода Вар’Кай. Обожжённая, едва стоящая на ногах от ран, она вложила в мою руку одну из наших реликвий и сжала мои пальцы так сильно, что хрупкий сапфировый цветок сломался, пронзая своими осколками мою ладонь. Я запомнил эту боль и слова заклятья, которые она прошептала мне прямо на ухо.

И оно... это заклятье... сработало.

***

— Братик! Братик! Аааааа!!!

Девичьи рыдания резали мой слух.

— Уведите его сестру. Отправьте посланников владыке дома, его наследник мёртв, я не слышу стук сердца. Целители не успели.

Звуки рыданий стали удаляться. А я вдруг понял, что мои почти глухие уши, слышат, так же чисто как в детстве.

— Тот, кто доставит это послание и сам умрёт сэмпай.