Студент-попаданец в "Наруто". Канон? Даркфик!

– Просто есть очень хочется… – Объяснил я. – А ее приготовить можно очень быстро.

– А вы странный ойнин. Вы здесь родились, а не помните, как «едят» гречку. – Тут уже я напрягся. О кулинарии в стране Огня я точно знал довольно мало. – Мы гречку не едим. – Сказала она. – А завариваем и пьем. Я пробовала пару раз. Это питье. Что-то вроде гранулированного чая. Дорогое и импортное. Здесь не растет. Вспоминаете?

«А она, кажется, вправду верит, что у меня амнезия, – решил я. – Это не так уж и плохо».

– Я как-то плохо сегодня соображаю, Ханаби-чан! Вот и спутал.

– Оправдывался я.

«Неужели теперь придется на пару со своей новой знакомой эти рисовые колобки лепить?! Ну уж нет!» – Подумал я. В комнате не было ни холодильника, ни печки. Где брать еду вообще непонятно. «И как ты так жил, Ирука?» – Задал я вопрос своему альтер-эго. А ответа не было. В общем, то, что настоящий Ирука исчез безвозвратно, было не так уж и хорошо. Может, в чем-то он мог бы мне помочь разобраться быстрее.

Во всей комнате из мебели только кровать, дышавший на ладан, разваленный деревянный стол и два шкафа: один с одеждой, другой с книгами.

Тут я понял, что, когда я выпросил у Данзо опекунство над девочкой, меня в последнюю очередь волновало, где она будет жить, что она будет есть. Мне было главным вырвать ее из лап этих выродков в масках. А теперь все эти проблемы встали со всей определенностью.

Правда, легко показывать измученному ребенку щедрость, когда у тебя есть счет в банке, большая зарплата или трехкомнатная квартира, а как воспитать ребенка в моих условиях, я совершенно не представлял.

Хоть я и был «главой клана», но только похоже глава-то я был чисто номинальный, поскольку от клана никого больше не осталось, а все имущество обедневшего главы семьи – конура в общежитии. Я посмотрел в кошелек: деньги еще оставались.

– Пойдем, купим немного еды. – Успокаивающим тоном сказал я. – Тошно ведь здесь целый день сидеть. Действительно, в продуктовой лавке не было ничего похожего на нормальную русскую еду: ни тебе свеклы для борща, ни тебе гречки для каши.

Удалось взять только странного вида азиатские пельмени, которые хоть немного напоминали о Родине. Когда мы вернулись, мне показалось, что подопечная и на ногах-то слабо держится.

– Тебе поесть надо. – Сказал я со всей возможной нежностью и поставил перед ней тарелку. По лицу ее было видно, что она жутко голодная, но в то же время я заметил, как ей становилось дурно от этих пельменей.