Царь Бурьян и "Философский камень".

А я потом знаешь, как тебя Смелеевне буду нахваливать, все знакомые выпускники обзавидуются. – Добавил я, так Анна-Мария вновь со мной не разговаривала, и просьбы с приказами игнорировала.

Как говорил главарь банды Стамп из «Приключения Электроника»: «У каждого человека есть кнопка: тщеславие, жадность, честолюбие». Я бы к этому списку ещё бы добавил: любовь, деньги, спасение и месть. Но для Анны-Марии хватило и одного честолюбия, благодаря чему над нашим столиком воцарилась абсолютная тишина.

Нам царским наглым мордам без знания человеческих кнопок нельзя, неблагодарная профессия обязывает.

- Давай Мустафа чётко и по делу пока заклинание действует, а мы в свою очередь тебе поможем, чем сможем, - сказал я, нажав кнопку «спасение» у гражданина посла.

- Царь Аладдин и Жасмин царица заболеть и дня день стареть начать, - пролепетал побледневший Мустафа Омар.

- Когда это началось? – Спросил я, уже примерно понимая, в чём корень зла.

- Месяца назад два, - ответил посол.

- А случайно, два месяца назад большой караван из вашей Аграбы не уходил в сторону Царьграда? – Докинул я ещё вопросик, хотя практически уже был уверен в положительном ответе.

- Караван быть! – Вскрикнул Мустафа. – Уехать цирк и театр куклы.

- Карабас, сволочь! – Я грохнул кулаком по столу и на меня многие в таверне оглянулись, так как удар-то был, а звука не было. – Слушай посол внимательно. Сигнализируй, чтоб Аладдин и Жасмин срочно переехали в другой город, как можно дальше от Аграбы в соседнее царство.

Иначе скоро помрут. Я бы принял их у себя, но у меня дворца пока нет. Пусть к Посейдону на Кипарисовый остров скатаются по путёвке всё включено, пляж, бассейн, халявный ром, эротический массаж. А мы пока со Смелеевной посоветуемся по вопросам: кто виноват, и что делать?

***

- Глебушка Егорыч прости меня за то, что кисельные берега у Молочной реки попутала, за то, что у «рыбки золотой» исполнения всех твоих мечт не попросила.

За то, что перечила тебе ясну соколу и усомнилась на минуточку в головушке твоей светлой, - с виноватым видом, но с гневным взглядом, попросила меня Анна-Мария, когда мы в той же кибитке сидели почти полчаса напротив дома, где жил директор кукольного театра Карабас.

- А теперь скажи ещё так – не виноватая я, он сам пришёл, - удовлетворённо хмыкнул я.

- Не буду, - зло буркнула волшебница.

- Нет, так нет. – Я пожал плечами.