Одарённый адъютант. Книга 3

— Нравиться? А так?

Еще сильней выкрутил руку, да так, что та вновь затрещала. Противник закричал в полный голос. Но меня это не отпугнуло, напротив, разозлило.

— Я могу тебе одним рывком вырвать руку из сустава. На всю жизнь останешься калекой. Хочешь этого? Отвечай!

Я чуть сбавил натиск.

— Нет! — выдохнул, наконец, незнакомец. — Не хочу.

— Правильный ответ, — кивнул я.

И отпустил еще чуть-чуть.

— Надеюсь, и дальше будешь правильно отвечать. И вот тебе очередной вопрос: кто тебя послал следить за мной?

Незнакомец стиснул челюсти — даже я почувствовал, как напряглись его мышцы на шее.

Ага, значит, отвечать не горит желанием. Что ж, повторим урок.

И я вновь скрутил его руку. Моно было с уверенностью сказать, что парень пару месяцев проходит в гипсе. Но надо отдать ему должное, он закричал, но говорить не стал. Вместо этого он заверещал:

— Я не могу сказать! Они меня убьют! Я не могу!

— Ты — печатник? — начал уточнять я. — Не можешь сказать, потому что присягнул им в верности на крови? Ну? Просто «да» или «нет».

Незнакомец замычал, как-то неестественно дернулся. И вдруг обмяк.

Что?! Какого...

Все тело его вдруг стало мягким как масло, он начал оседать на землю. Я отпустил его, и он неуклюже мешком шмякнулся на асфальт. Что за черт?!

Я перевернул преследователя и отпрянул. Он был мертв. Изо рта шла густая пена.

— Твою мать! — выдохнул я.

Вместе с пеной изо рта вышли осколки капсулы. Отравился. И все ради того, чтобы не раскрывать своих заказчиков. Такая самоотверженность есть только у печатников.

Я был на верном пути. И нарушение клятвы на крови было бы гораздо страшней, чем простая смерть от капсулы с ядом. Так и позор на себя не навлечешь, напротив, заслужишь уважение. Только вот мне от этого было не легче.

Я осмотрел преследователя, но ожидаемо ничего не нашел — ни чеков, ни ключей, ни карточек и телефон. Пустой.

Что же, это тоже в какой-то мере решение проблемы. Когда кинуться, пройдет день-два, а это уже время, которое можно сыграть в свою пользу.

Я осторожно выглянул из подворотни, убедился, что никого нет, и пошел прочь.

Пройдя пару кварталов, набрел на гостиницу — двухэтажный дом, вполне себе симпатичный. Я снял там номер, заселился. Принял душ, заказал еды. Позволил только сейчас расслабиться и отдохнуть.

Но отдохнуть удалось не долго.

На периферии зрения что-то проскользнуло. Я насторожился, оглянулся, увидел в узком пространстве между полом и дверью тень. Кто-то стоял снаружи.