Этанару. Том 1

Стекло не передавало звуки, но Эрни всё отчётливо понял. И даже больше.

Когда все удалились, Эрнест на негнущихся ногах вышел из рубки.

– Как думаешь, куда тебя теперь? – спросил Ковалевски.

– Походу, туда же, куда и Мао, – беспомощно развёл руками Эрни. – Надеюсь, что обратно. А может быть и нет. Эх… а мне тут нравилось.

Глава 3. Я - Рио

сб, 22 марта 2313 г.

Дайсюк Шиндао — человек бесконечно мудрый и очень осторожный. Просчитывает все партии на три хода вперёд. Не припомню, чтобы кто-то из администрации моего отца протянул так долго на своём посту, и отправился на покой не в пластиковом мешке, не в мраморной урне и даже не в инвалидной коляске.

А на своих двоих и при жизни. Ладно, на полутора. Но всё же.

Я мало кого по-настоящему уважаю. Адмирал определённо входит в круг избранных, и поэтому мне даже где-то жаль, что его деятельность на посту Патриарха Этанару подошла к концу. Кто-то скажет — ну и пусть катится к дьяволу старый чёрт! И будут правы.

Но фишечка, дамы и господа, в том, что дьявол в данном раскладе — я.

Ко мне-то он и прикатился, что логично. Официально — чтобы давать оценку моим действиям в ходе поручения, которое я пытаюсь выполнять. Именно что «пытаюсь» - не очень-то разгуляешься, когда советник всегда тут как тут. Всегда за спиной, всегда за углом. Залез бы и в мысли, если бы мог. А впрочем, зачем ему это? Шиндао ведь стратег. Он думает, что знает меня. Я прописан в его генеральном плане вместе с остальными.

Поэтому он не удивляется моим выходкам.

А только напоминает. Советует. Подсказывает.

Рио, мы не вызываем соперников на дуэль. Рио, мы не выходим в космос без скафандра. Рио, ты — Этанару, не забывай об этом. Этанару не угрожают соклановцам оружием, не спят с жёнами начальника полиции, не ставят опыты над животными без их письменного согласия, не взламывают системы безопасности собственного жилища, не меняют гравитацию на флагманском корабле и не подбирают по дороге цыганских автостопщиков. В таком духе.

А кроме того — он обо всём докладывает моему дражайшему (и дрожащему) папочке, да продлятся его годы ровно настолько, чтобы не слишком. Выстрел в окно берлоги интенданта или невинный бросок стаканчика из-под чая (крайне отвратного, кстати) в резервуар с кибернитом — всё это, наряду с прочими дурачествами, старательно документируется и отсылается с официальным отчётом домой. Шиндао следит, чтобы я не перегибал палку. Отец следит, чтобы я исполнял его волю.