Этанару. Том 1

Он не знал, что большая часть мышц, отвечающих за мимику адмиральского лица, давно не функционируют. К тому же, даже если бы Дайсюка что-то всерьёз тронуло, посторонние об этом никогда бы не догадались.

Но мне он выскажет всё, можете не сомневаться.

Они ещё о чём-то поболтали, но у меня уже была вся необходимая информация, поэтому можно было порадовать совет своим отсутствием. Сопровождающий нам с охраной больше не требовался: якудзы за ночь просканировали всю местность и теперь ориентировались на станции не хуже, чем инженеры, которые её проектировали.

Под мои нужды выделили конференц-зал, с огромным овальным столом из цельного куска отполированной породы астероида. Довольно стильно. Гора технической документации и отчётов, сгруженная у входа, создавала атмосферу бурной деятельности. Я раскидал по столу несколько пачек. Расклеил по стенам какие-то схемы и таблицы. И, конечно же, постелил свежих бумажек в переноску к своему питомцу. Шиндао разрешил взять с собой улитку, лично пойманную мной на Киото. Она обожает рисовую бумагу и на Кибере её ждал настоящий пир.

Улитка была большая — с шлем от скафандра — и я звал её Бэкон. Шиндао думает, что это в честь древнего художника и философа, основателя эмпиризма. Отчасти он прав. Потому что под панцирем у этой твари запрятан маячок, с помощью которого семья следит за мной. И выяснил я это исключительно эмпирическим путём.

С тех пор как я стал единственным наследником, наблюдение не прекращалось ни на секунду. А чтобы удобнее было наблюдать, отец посадил меня на домашнее обучение.

Не то чтобы это сделало нас ближе: он неделями пропадал в министерствах, совершая редкие набеги заботы и участия. За двадцать лет могу вспомнить десять совместных вылазок на природу. Поймали много интересных тварей, включая эту улитку в раковине цвета слоновой кости. Весит тоже как маленький слон, особенно если наестся как следует.

А вот с матерями я отлично ладил — до тех пор, пока уровень их паранойи не начал переплёвывать мнительность адмирала. Сейчас они все разлетелись на спутники Киото и никого к себе не пускают.

Ждут чего-то и строят безумные теории. Иногда присылают подарки. Иногда — убийц. С ними весело.

Но всё же я вижу их реже, чем они меня. С маниакальностью, достойной самого Шиндао, предки фильтровали мой круг общения и информационные каналы. Весь мой мир был ограничен пределами поместья на протяжении нескольких лет. В моём распоряжении были лучшие наставники, самые светлые умы клана. На Киото не бывает лишних людей.