Этанару. Том 1

Прошу меня простить за то, что немного выпал из графика.

– Ничего-ничего. Мы с Бэконом работали за троих.

Улитка смачно хрустела планами эвакуации.

– Хм. Не сомневаюсь. Вот вам ещё... работёнка.

С этими словами он толкнул в мою сторону чёрную кожаную папку, плотно набитую полупрозрачными документами.

– Полимерная бумага? У Бэкона от неё несварение, – я отправил папку в обратное путешествие по полированной столешнице.

– Это досье на кандидатов в контрольную группу переговорщиков.

– Ого. Откуда?

– Материалы предоставлены полковником Закиро.

– Ясно. А где он сам?

– В своей приёмной, где ему и положено быть. Руководит основной станцией, раз уж мы тут.

– И вы таскались на Кибер-1, мда? Без охраны, в вашем-то положении? И кто тут ещё забыл о предосторожностях, а?

Адмирал пожал плечами:

– После того, как ты рассекретил себя — дважды — моей жизни больше ничто не угрожает, хе. К тому же, мне вполне достаточно набора личных средств самозащиты.

Сказал человек с протезом колена и колонией неотслеживаемых враждебных фагоцитов в организме.

– Вы ведёте весьма опасную игру, мистер, – сказал я, подражая голосу адмирала.

– Я просто был поблизости, когда завершил сеанс связи, – адмирал развёл руками. – К тому же, мне поступила информация, что на Кибер прибыли послы из министерства внутренних дел клана. Решил воспользоваться этой возможностью для передачи на Киото некоторых особо важных данных.

– Послы? Зачем?

– Бюрократия. Ничего особенного. К нашим делам отношения не имеет.

Сказал человек, связанный буквально со всеми делами внутри клана.

– Ладно. Ну и как поживает досточтимый полковник? Не взъелся на нас за смещение с должности?

Советник поджал плечами, раскладывая по столу стопки бумаг из папки:

– Его больше беспокоят изменения на местах. В подчинённом ему личном составе Гвардии.

– М?

– Те солдаты-штрафники, что работали в шлюзе под станцией.

– И при чём здесь мы?

– Действительно.

Пять одинаковых стопок. Пять адептов Ордена. Третья ступень. Солидно. Молодые, физически крепкие. Но почти все — с вредными привычками и довольно посредственными ментальными способностями. У одного из них — некоего Кю Ленга — индекс интеллектуальных способностей был равен 5. В его досье имелось примечание: «непризнанный мастер лимбо», высочайшая скорость реакции.