Последний Шаман 2

И видимо кто-то мои мысли услышал. - Эээто что такое?!

Остановившись у последнего окна я взял за рукоятку протянутый мне....меч?!

Это действительно оказался самый настоящий полуторник, как из сказок про рыцарей. И совершенно наплевать, что сделан он не из самой хорошей стали и наверняка служил в качестве бутафории. Ведь у него имелось самое главное — заточка! А ещё длинное и обоюдоострое лезвие, которое я тут же покрыл усилением. Всего лишь взмах и располовиненный Одержимый валится наземь, суча отрубленными руками.

- Вооот это вещь, - пропел я восхищённо, прицеливаясь в самого рослого и кидая в него гирю. - Эй, болезный! Лови!

И тот поймал.

Не руками конечно, а грудной клеткой, но большего от него и не требовалось. Взявшись поудобнее, я вспоминал движения Сергея Кравец, который в тренировках постигал японское ремесло владения оружием. И пусть полуторник далеко не катана, чужого восьмилетнего опыта мне хватало, чтобы одним ударом рассекать подходящих Одержимых, не оставляя им и шанса на скорое восстановление.

Экономно расходуя силы и энергию, я всех сперва нашинковал, а после прошёлся вдоль останков и вырезал кристаллы. Итого набралось четырнадцать штук. Понятия не имею, зачем мне эти овальные камушки, но пусть будут. Авось сгодятся для чего-нибудь однажды.

Добив последнего, прижатого гирей, который при падении умудрился сломать себе позвоночник, я тяжело выдохнул и вернулся обратно к дому. Плюхнулся устало на крыльцо и услышал, как за спиной раздался звук сдвигаемой мебели.

- Семён, держите! Вы всех перебили, да? Не ранены? - по голосу, вроде как говорила одна из тех мадам, кого Ирина Аркадьевна взяла себе в помощники в самую первую очередь.

- Благодарю сердечно, - ответил ей, половину сразу выпивая, а остальное выливая прямо на макушку, ибо снова я измазался в кровище с головы до ног. - Да-да, всех заборол. И нет, не ранен, разве что только голодом. Так что если у вас есть чего покушать, я бы не отказа.

- Конечно! - не дав договорить воскликнула из дома женщина и закричала в глубину. - Ирина Аркадьевна! Семён еды просит! Всех перебил и помирает! Скорее, дайте что-нибудь!!!

Такому беспокойству я лишь улыбнулся. И вместе с улыбкой вдруг понял, что тяжесть на сердце отступила. Всего-то потребовалось дюжину тварей накромсать с особой жестокостью. Сейчас поем и вовсе на душе получшает, ведь если серединка сыта, то и краешки вполне себе заиграют.