Руны на броне

А когда уже всё равно, можно и о душе подумать.

И у капитана Козлова нашлось чему учить. Думаете, схватил шпагу и всё на этом? Оно даже не начало, только вступление. Мы с учителем разбирали фехтовальные связки, и он иногда просто запрещал мне какое-то движение, словно блокировал в моей голове идею. Я честно пытался с этим бороться и одновременно искал обходные пути.

Он каждый урок надевал маску. Я не должен догадываться о применении магии по его взгляду, только предполагать и чувствовать. Ну и чтоб глаз не лишил ненароком.

Хотя это он сказал ради смеха, ведь я просто не мог в него попасть. Козлов всегда оказывался немного в стороне, даже если просто стоял с опущенным клинком. Я тыкал, тыкал, и всё без толку!

- Теперь ты понимаешь важность глазомера и твёрдой руки? – насмешливо спрашивал он.

Чертёжник пользовался инструментами изредка, иногда себя проверяя линейкой. Он от руки рисовал круги, прямые и разные хитрые линии. Я в него старался попасть и клялся себе, что когда-нибудь смогу также.

Подружиться с ним не получилось, он сам говорил, что с сильными боевыми магами дружить очень нелегко. Используют же просто и забудут. Но на отдельные мои вопросы всё же ответил, чтоб без недомолвок.

- Как мог ректор меня заставить? – переспросил капитан. – А что ты о нём знаешь? Не смотри на его вид, примерно также ты судил и обо мне, - усмехнулся он. – Запомни только, что ему намного больше ста лет. Не ожидал?

Что там не ожидал! Я не дал бы Григорию Васильевичу и семидесяти, так прямо он держался.

- И ректор меня просто попросил, - продолжил чертёжник. – Маги очень неохотно делятся знаниями, но с тобой можно, - он засмеялся. – Ты же смертник! Твоя задача продержаться максимум!

С этим спорить трудно, но я всё-таки нахмурился. У меня другие планы на свою жизнь, я, может, мечтаю увидеть большую войну.

- Ладно, не хмурься, - добродушно сказал мне Дементий Архипович. – Я тоже верю в твоё дело. Наверное, русское свойство – не верить никому, особенно европейцам.

- Кое-кто им верит больше, чем своим, - проворчал я.

- Эти кое-кто просто считают себя самыми умными, - ухмыльнулся чертёжник. – Вот ты и покажешь, как они ошибаются. Ну, хватит болтовни, атакуй.

***

Я думаю, что любому человеку нужно с кем-то почувствовать себя умным. Чертёжнику, например, со мной. А я с того ещё мира накрепко усвоил – можешь считать до десяти, остановись на семи.

На его уроках я запретил себе тотемный транс.