Последний Шаман

Заводите в дом и на кушетку его, - прищёлкнула она пальцами, поднимаясь по задней веранде широкого двухэтажного дома, аккурат через один с таверной Якова соседствующим. - Мари, за аптечкой. Белла, принеси простынь свежую. И оденьтесь! Нечего прелестями сверкать.

В дом войдя, я сразу в большой и опрятной кухне оказался. Девушки с улыбками на диван меня сгрузили, побежали поручения выполнять и очень скоро светловолосая принесла простынку, а дева с чёрными волосами стальной бокс.

- Отлично. Белла, подстели.

Мари, открывай. - велела она девушкам и посмотрела на остальных, толпящихся вокруг. - А вы что встали? Марш по делам!

- Да матушка!

- Конечно!

- Всенепременно.

Заверили её воспитанницы и разбежались кто-куда, халаты лёгкие на себя надевая. И как-то уж таким странным образом получилось, что все дела аккурат на кухне или рядом с оной у них и наметились. Рыжеволосая огромный чайник на плиту поставила, коротко-стриженные близняшки салатик начали нарезать, спортсменка за соленьями на антресоль полезла, а черноволосая Мари ассистировать осталась, чемоданчик открытым держа.

Только белокурая Белла пошла вглубь дома и с кем-то там говорила. Видать на этих шестерых количество воспитанниц моей бывшей любовушки не заканчивалось.

Додумать мысль Елизавета не дала, уверенно и жёстко обколов плечо моё маленьким инъектором.

- Терпи уж, - велела она строго, глядя на то, как я морщусь, и только едва заметная улыбка пряталась в уголках её губ. - Это обезболивающее.

Скоро подействует.

- Встреча с тобой лучше всякого обезбола, - польстил ей сквозь гримасу боли, на что получил заслуженный шлепок ладонью по лбу. - Да ну не стукай, дай поёрничать. Я же думал, ты померла давно.

- Как видишь, жива и здравствую, - был жёсток её тон. И крепче тона была только хватка её железная. Ладонью меня к кровати прижимая, она достала из бокса пистолет-дозатор и тонкое сопло направила прямиком в рану. Раздалось шипение и пенка быстро запузырилась на краях, а плечо будто бы чуть-чуть раздуло.

Было неприятно, но хотя бы не больно. Увидев интерес в моих глазах, подруга детства мне ответила. - Это биогель. Завтра уже будет как новая. Мари, заклей Семёна, будь душечкой.

- Конечно, матушка. - ответила ей черноволосая воспитанница, пальцами тонкими извлекая пластыри из бокса и осторожно их прижимая с одной и с другой стороны раневого канала. И хоть действия её были деликатны, вопросом своим она чуть не добила.