Последний Шаман

- Детей то удалось наделать?

- Да, сына, - и видно было что на эту новость улыбнуться Лизка собиралась, да только юлить и правду горькую от неё скрывать я был не намерен. - Да только сгинул он на войне последней без вести. Так и не знаю ничего о нём.

Вот тут она и вовсе отвернулась, слезу пуская.

Ох женщины, вот сколько с ними жил, всегда загадками их чувства были. Велики их сердца, не иначе. Всяко больше наших мужских, раз в них судьба чужого сына место находит. Хотел я уже подняться, да она рукой уверенно махнула и самостоятельно слёзы платочком утёрла.

- Сочувствую тебе, Семён. Что-то прям не удались мы с тобой, не сложились... - задумчиво она произнесла, и к чайнику закипающему подошла, с огня убирая.

- Да ну ты что, Лизка. Хорош слёзы ронять. Сами-то живы, так что тужить не пристало. Да и в смысле не удались не сложились? - насколько позволяла поза, я здоровой рукой обвёл её дом. - У тебя и кров и дочек вон сколько. Да ещё каких!

- Я им не родная мать, Семён. - сказала она тихо о том, о чём я и сам догадывался.

- Да ну и что с того? Раз воспитала, кров и заботу дала, значит как есть ты для них матушка и не увиливай. - уверенно молвил и опять словами своими на глаза её мокрые вывел, но совсем немного.

По старой памяти молодая Лизка вспылила бы тотчас и начала бы правоту свою сквозь слёзы доказывать. Теперь же пара капель, пара вздохов и всё в себя обратно спрятала. Даже сущность за спиной её от этого будто чуточку больше стала.

- Ох и не стыдно тебе подругу на слёзы выводить, а? - из большого чайника она кипяток в заварочный налила и, долго не настаивая, перелила из него сразу в кружку. Мне протянула. - На пей, дурак старый, чтоб тебя.

- От одногодки слышу. - хмыкнул ей весело, пододвигаясь повыше и с благодарностью беря отвар.

- Вот за такое застрелить бы тебя стоило, - ответила она с наигранной уязвлённостью.

На такие слова я ей только с улыбкой поддакнул.

- А тож, несомненно стоило. Я же тот ещё невежда. И да, медочек бы славно зашёл. Спасибо огромное.

Получив в отвар свой добрую ложку янтарной сладости, я медленно его растапливал и вместе с ним расходилось и напряжение на кухне возникшее. С удовольствием прихлёбывая, я и ей предложил со мной посидеть, чая попить и о жизни побалакать.

- Да нечего там рассказывать, Семён.