Последний Шаман

Под крепкой бронёй её сердце полнилось волнением и если для постороннего человека это оставалось незаметным, то я это видел отчётливо. Потому к памяти Грея возвав, я ей поведал.

- Лиза. Прошу тебя просто поверить, что всё будет хорошо и мне хватит ума договорится и с Чарли и с кем-бы то ни было. Я бесконечно благодарен за твою заботу и поддержку и вижу твоё беспокойство в адрес девушек и себя самой. И могу пообещать, что не стану ещё одним грузом на твоей прекрасной шее.

По старой привычке сложив все порции в одну тарелку, я посмотрел в её глаза и увидел в них то же удивление, что и в глазах Чарли.

- Ты... - начала она говорить и замялась.

- Изменился?

- И это тоже. Но то, что стал другим, это точно, - отвернулась она в сторону занятой работягами части зала и нахмурилась. - Так, ладно. Раз всё решил, то мешать твоей дурной башке не стану. Пойду помогу своим, а то ребята там уже изрядно перебрали.

Окликнув через всю таверну захмелевших мужчин, она пошла раздавать затрещины, оставив меня наедине с самим собой.

При этом выбравшийся из стены и подлезший ко мне под бок полупрозрачный белый ворон попросил лишь пару кусочков мяса и после успокоился. Сидел и из укромного места между моим бедром и стенкой поглядывал на окружающих. А мне же делать было совершенно нечего. Разве что болеть за самых удачливых и следить за едва тлеющей огненной аурой.

В итоге, от игрового гама вскоре стало неуютно и решил я всё же последовать совету Елизаветы. Да только сдвигая своего коллегу под тот же бок и прямо сквозь стену вернулся Чёрный. За место под боком у них образовалась неболшая потасовка, которую я тут же прекратил.

- А ну-ка ша, - их осадил, стараясь не привлекать внимание ковбоев. - Ну что, Черныш, всё выяснил?

В ответ он кивнул, а я окинул взглядом красавчиков ковбоев и подметил, что Кристиан и пара наиболее трезвых на меня таки поглядывают и выйти вряд ли дадут.

- Сможешь здесь? - шепнул в подмышку и получил ещё один кивок.

Чтобы особо подозрительно не выглядеть, я от души зевнул и прислонился спиной к стене, ногу на сидушке вытягивая. Не, ну а что? Старик наелся и прикорнуть решил. И совершенно незамеченным осталось, как Чёрный в стену ушмыгнул, коготками из неё в мои волосы вцепился и клюв свой на макушке моей уместил.

И пока Белый оставался на стрёме, я погрузился в память Чёрного.