Скучный князь.

— Кто, я тебе, конечно не скажу. Это тебе ответ на оба вопроса. Недоброжелателей своих сам ищи. И если тебе легче будет, наказание они своё получат, в следующей жизни. Лично им судьбу выбирать буду. Я ж бог любви и страсти, одарю по делам их. Не дело смертным душам в божьи дела вмешиваться. Но это сам понимаешь, не скорое дело. Мы в дела людские не вмешиваемся, а убивать людей только сестре дозволено. И то в нужный срок. Законы мира над нами строже, чем к вам. –он задумчиво обошёл зал, и не глядя на меня продолжил.

– Единственное, конечно, дело есть.

Странный человек у вас один завёлся. Так вот от него то ритуал свой твои обидчики и узнали. Мы его, почему-то, отследить не можем, душа его вне нашего взора. Нарушитель мира какой-то, непонятный пока. Вот тебя то вовремя вернули, а пару людишек не смогли. Они в том мире быстро погибли, и на новое перерождение пошли. А грешники здесь, возвращать не куда, тел там уже нет. Чужую судьбу тут отбывать будут. Как видишь, убить их богам нельзя.

Тут я очень быстро понял, к чему ведёт бог.

Вмешиваться в жизнь нельзя только богам, а люди имеют свободу воли. Интересно, может я действительно избранный? Этакий книжный главный герой, что сомнительно, конечно. Но подозрения, такие подозрения. Задание как в игре мне никто не даст, конечно. Но и намёк бога покровителя вполне ясен.

Прочитав мои мысли, Ярило расхохотался. А потом посмотрел одобрительно, как престарелая мать на смышлёного малыша. Правда, что именно он одобряет, или всё же мои догадки почву имеют, я так и не понял.

— В ближайшее время боги к людям внимательнее будут. Многим покажутся. Особенно родам, что их поддерживают. Конкурса на лучшего спасителя, уж извини, не будет. Хотя… Вы людишки и тут соревнования устроить можете. Но если бы был, то ты был бы точно первый, и великий победитель всего и всех. Всё проще. Этот непонятный нарушитель почти не попадает под закон на божественную неприкосновенность. Просто пока найти не можем. И, в первую очередь, он ваш порядок нарушает. Ты уже на собственной душе ощутил последствия.

Поймать надо. Кстати, держи вот, защита от повторного подобного обряда.

Он протянул руку, и поток света ударил меня в грудь. В рубашке и куртке образовалась прожжённая дыра, слегка тлеющая по краям. В нос шибанул запах паленой кожи. Не моей, слава богам. Я заметил, что артефакт деда слегка изменился. Появились завитушки по краям, и от него исходил свет, будто от прогоревшего костра. Потом он медленно затух, но тепло так и не исчезло.